пятнадцать лет его  выгнали из школы,  потому что он  ссужал  одноклассникам
деньги под грабительский процент. Кто есть дитя, сэр? Отец мужчины.
-- Таких  детей надо  сразу топить в ведре, --  сурово заметил Билл. --
Чтобы не стали мужчинами. Но  кто  сейчас прибегает к этим простым  домашним
средствам? Видители, они устарели! Что же мы получаем? Роско Бэньяна. А?
-- Я  просто сказал "ох!", сэр. У  меня страшно  болит голова. Как  раз
собирался к аптекарю в надежде купить какое-нибудь средство.
-- Тогда мы не будем вас  задерживать. Я знаю, что такое головная боль.
Конечно, идите в аптеку.
-- Спасибо  вам  большое, сэр, --  сказал  Кеггс,  и,  приложив  руку к
раскалывающемуся челу, побрел в Розендейл-род за средством.
Он оставил за собой растерянное молчание. Первым заговорил Билл.
-- Ладно, --  сказал  он.  --  Нет,  все-таки жаль.  Я  бы  обрадовался
миллиону долларов.
Джейн взглянула на него широко распахнутыми глазами.
-- Билл! Ты хочешь сказать?
-- Ну, конечно.
-- Ты ведь не женишься на мне сейчас?
-- Естественно, женюсь. Придется принять  работу  у  Роско. Я позавчера
уволился от Гиша. В среду мне надо отплыть в Америку.
-- Нам не обязательно жениться до этого.
Билл вытаращил глаза.
-- Ты предлагаешь остаться в Англии?
-- Просто придется немного подождать.
--   --  рявкнул  Билл.  --  Ты  не знаешь  Роско  Бэньяна.  Раз
женитьба лишит  его миллиона долларов,  он, если потребуется, будет ждать до
семидесяти с лишним. Хороши мы  будем,  ты здесь, я в Америке.  Обмениваемся
открытками и с  надеждой  ожидаем, когда Роско вденет  в  петлицу гардению и
направится к алтарю.
-- Вспомни,  что мы придумали тогда у  Баррибо. Ну,  что бы мы  делали,
если б у нас оказались  деньги.  Ты  бы  вернулся к живописи, я бы водворила
дядю Джорджа обратно в Шипли.
-- Помню. Ну, придется мне обойтись без живописи, а дяде Джорджу -- без
Шипли. Да ты знаешь, что будет со мной, если  я уеду  в Америку  один? Я  же
рехнусь. Я все время буду думать о холостяках, которые вьются вокруг тебя.