Джадсон не сказал ни слова, только грозно взмахнул  палкой. Мальчик привычно
увернулся,  издал обидный  клич  и убежал. Швейцар  взял  со стола  вечернюю
газету.
-- Придется вам подождать.
Он развернул страницу "Скачки" и углубился в чтение.

На  третьем  этаже,  в  редакции "Светских сплетен",  Родерик,  подобно
швейцару, терзался глухой скорбью. Он  тоскливо  глядел,  как молодой Пилбем
весело и бодро строчит следующий выпуск. Родерик чувствовал, что его заперли
в комнате с безумцем, а тот беспечно жонглирует брусочками динамита. Вердикт
высшего суда развязал Пилбему руки, теперь никто не мешал младшему редактору
"Светских  сплетен"  творить скандальную газету по своему  разумению;  и  от
избранных мест,  которые он время  от времени зачитывал, Родерика всякий раз
бросало в холодный  пот. Бедняга явственно  видел, что самая  безобидная  из
этих заметок  неизбежно  повлечет  визит  взбешенных  граждан с пистолетами.
Потом он вспоминал  короткие, но выразительные обещания мистера Айзека Пули,
и сердце его уходило в пятки.
Родерик частенько посещал скачки и знал о Парнях все. Они рыщут по миру
бандами, вооруженные до зубов. Кастеты и мешочки с песком для них то же, что
для обычного  мужчины галстук --  вещь, без которой невозможно показаться на
улице. Они подстерегают неугодных и забивают  сапогами.  Короче,  если  есть
мыслящие существа, чьим мнением  должен  дорожить человек, пекущийся о благе
своей страховой компании, то это -- Парни. А Пилбем из кожи вон лезет, чтобы
задеть их за живое.
Родерик  мысленно  застонал и  рассеянно  обернулся,  чтобы  принять  у
вошедшего мальчика бланк.
-- Что это? -- спросил он, не сводя глаз  с  Пилбема,  который  в  углу
комнаты  стучал  на  пишущей  машинке. Тот, видимо, написал  удачную  фразу,
потому  что  по-детски счастливо  хрюкнул.  Родерику  же  слышались  раскаты
адского смеха.  Он разрывался между  желанием узнать, что именно написал его
помощник, и крепнущим чувством, что лучше бы этого не знать.
-- К вам джентльмен, сэр.
Родерик с усилием оторвал  глаза  от вдохновенного очеркиста и взглянул
на бланк. Как и мальчик, он первым делом заметил пропущенную графу.
-- Он не пишет, зачем пришел.