две тратились на сближение с соперником, одна на удар и десять - счет
рефери над поверженным.
- Чего считать: снимай шкуру, пока теплый, - добродушно шутил
чемпион; публика восхищалась его обаятельным остроумием.
Восторженным репортерам Валерьянка охотно открыл свой спортивный
секрет победы:
- Я бью только два раза: второй - по крышке гроба.
Сэкономленное в боях время он уделял пропаганде спорта:
- Было бы здоровье, - говорил он, - а остальное купим. Сила есть -
ум найдут. Плюс утренняя зарядка!
Триумф был заслуженный и сокрушительный. Фотографии: Валерьянка на
пьедестале весь в лентах и венках, как юбилейный монумент, - сияла со
всех изданий от "Пионерской правды" до "Курьера ЮНЕСКО". одиннадцать
золотых медалей положили начало музею наград, в который жэк
переоборудовал его комнату.
По утрам подъезжал грузовик с цветами, кубками и вымпелами.
Сантехник Вася сидел у дверей и выдавал посетителям тапочки, а физрук
Пал Иваныч проводил экскурсии, рассказывая о школьных годах героя и
первых успехах, бессовестно приписывая их себе (или наоборт - каясь в
близорукости: эх, не сумел разглядеть...).
Председатель спорткомитета отдавал Валерьянке рапорт и благодарил
за образцовую организацию работы: весь спорткомитет руководил теперь
одним человеком - им; а он неизменно оправдывал, поддерживал, защищал,
не срамил, умножал, поднимал и радовал, побеждая всех, везде и во всем,
на воде, в небесах и на суше.
Он вывел в чемпионы мира футболистов, уронил в воду судей
результатами плавания, сломал штангу взятием тонного веса и метнул молот
из Лужников на стадион Кирова. Он обыграл Каспарова, дав ему ферзя форы;
Каспаров похудел на десять кило.
Большой спорт превратился в физкультуру, потому что смысл рекордов
исчез: все они принадлежали Валерьянке. Бывшие чемпионы вытерли слезы
спортивной злости и возглавили группы здоровья. Самые отчаянные и
честолюбивые смотрели кино, анализируя его приемы и оспаривая вторые
места.
Международная федерация присвоила ему почетное звание супермастера
