47.  Журналисты,  политики,  социологи старательно избегают  ответа  на
вопрос:  почему  Россия  предпочла  "приватизацию  по  Чубайсу",  а  не  "по
Явлинскому", который  предлагал продавать скопившему  "пустые" деньги народу
грузовики,  закусочные, мастерские  и тем "снять денежный  навес", уменьшить
или вовсе ликвидировать разрушительный  для  экономики  "отсроченный спрос",
который мог поглотить все, как бездонная бочка; создать многочисленный класс
мелких   собственников,   стимулировать  на   этом  уровне  производство;  а
промышленные гиганты, ископаемые, энергоносители пока не трогать  и оставить
в  ведении государства.  Ведь не могли  же  в  самом деле Гайдар с  Чубайсом
явиться  к Ельцину  с  предложением:  "Дедушка,  мы  решили  выполнить наказ
врагов-американцев и ограбить весь народ".
Враги Чубайса называют его  приватизацию  не только вредоносной, но и с
общей, народной, государственной, экономической точки  зрения бессмысленной.
Чубайс дурак?  Нет,  вот  в глупости  его  не  обвиняют даже  враги. Вся его
карьера свидетельствует об уме крепком, прагматичном, организаторском. Так в
чем дело?
Почему  народ так  и  не  разобрался  в  смысле  пресловутых  ваучеров,
породивших тьму черных анекдотов?
Мы  никогда  не узнаем всех интимных подробностей,  закулисных сделок и
механизмов  разворовывания.  Но  закономерность  и  объективность  процессов
уловить и определить можем.
Происходил  демонтаж системы. Когда одряхлевший дом рушится  -- по нему
бьют чугунной бабой,  чтоб развалился  сейчас и сколько-то  управляемо, а не
стихийно и не завалил обломками кого не надо.
Закрепляя  необратимость  развала  системы,  страхуясь  от  реставрации
коммунизма,  сеть-паутина  которого  на уровне  обкомов,  райкомов и  т.  п.
выглядела вполне плотной и живучей -- надо было выбить из-под многочисленных
и  взаимоповязанных рудиментов системы  экономическую  опору и  бесповоротно
отлучить от главных рычагов власти: бескровно ликвидировать господствовавший
вчера класс.  Для этого требовалось развалить  систему  как можно  быстрее и
создать   новый  сильный  класс,  отождествляющий  себя  с  новым  порядком,
смертельно  заинтересованный  в  недопущении  реставрации  и  способный   не
допустить ее, -- и создать его по возможности мгновенно.
На переломном  этапе смены систем  воры и  бандиты  всегда  .становятся
союзниками революционного  правительства. (Позднее те из них, кто не  сможет