проучат. Меру ожесточения, они, к сожалению, потеряли. Мотает головой...  Не
внушили, мол. А как ты, Понятьев, относишься к евро коммунизму?.. Плюется...
В экран только не плюй. Дорогой у твоего сына телевизор...
Тогда  я был  убежден, что  все  беглецы или  погибнут, или  изловятся.
Побеги не удавались в  те  времена  в тех краях никому. Вышло иначе. Если бы
папашка ворочал языком, он рассказал бы, как было дело... Кивает.  Дурак был
Ленин,  высказываясь  от  бескультурья  о  музыке  Бетховена  как  о  музыке
нечеловеческой.  Нечеловеческой  музыки,   если  только   не  иметь  в  виду
божественность ее происхождения, а его Ильич иметь в виду,  конечно, не мог,
быть не может. А вот нечеловеческие муки существуют  и существуют постольку,
поскольку Господь за них  не ответственен ни перед собой, ни перед человеком
ни  на йоту. Они  дело рук и разума самих  людей. Вина за них на человеке. И
Понятьев испытал их сполна. Это его сейчас нужно вывезти на тележке на сцену
Кремлевского дворца  съездов и ему,  ему рукоплескать, как  примеру верности
идее,  как  мученику  ее   и  залогу  дальнейших  успехов  на  всех  фронтах
коммунистического строительства. И при  этом  объявить, что  человеческого в
товарище Понятьеве давно уже ничего нет и поэтому он наш святой номер два...
Я  думаю, что  когда  кончилась  жратва,  ужесточившиеся  до последнего
предела беглецы  ампутировали Понятьеву  левую... мотает  головой...  праеую
руку. Ампутировали под наркозом. . .  Продолжали идти, обходя стороной любой
охотничий дымок, пробираясь через  самую  глушь, чтобы не быть обнаруженными
даже с воздуха. Я лично руководил поисками. Они  ни к чему не привели. Месяц
прошел.  Второй кончился. Сколько вы добирались до побережья,  Понятьее? Два
месяца?  .. Кивает... Долго,  как я понимаю,  сбившись с  пути,  блуждали...
Вторую руку  у него отняли. Оба рукава, небось, на лишние  варежки пошли? ..
Да.  Это  он  вам  дает  пояснения,  гражданин Гуров.  Только  напрасно  ты,
Понятьев, надеешься, что сын твой страдает. Не тот он человек. Не так ты его
воспитал. Не теми напичкал идеями...
Сначала он шел пешком, как все. После ампутации одной ноги его везли на
лежанке, приложенной  к лыжам. Потом он стал  таким,  каким  вы  его  сейчас
видите...
Речь  когда  пропала?  Еще  в  тайге?  ..  Кивает...  И,  заметьте,  ни
чудовищная антисанитария, ни безумные,  не прекращающиеоя  боли, ни голод (у
беглецов был небольшой  запас муки  и рыбьего  жира для поддержания  жизни в
"черепахе"),  ни  холод,  ни душевные  мучения... Стоп!  Может быть, как раз