дружинники.  Трое.  Начали  права  качать.  Я  официально  им  заявляю:  "Мы
подписали   соглашение  в  Хельсинки?  Подписали.  Там   пункт   такой  есть
"воссоединение семей". Вот какое дело. Я свои  права знаю. Вон он  летит над
нами секретный спутник "Сатурн". Проверяет, выполняем мы то, что подписали в
Хельсинки или темноту с  чернотой разводим. Не  мешайте воссоединяться мне с
любимой женой Дуськой! "  "А зачем вам самодельный член из  политбюрона? " ~
ехидно так  спрашивает ихний старшой, пока Дуська, бледная от срамоты, брюки
натягивала. "Мы этого в  Хельсинки не подписывали! " - очень жестко и давить
начиная, прет  на меня  второй.  Третий  же вежливо приглашает:  "В связи со
случаями полового разбоя среди спящих алкоголиков, пройдемте без эксцессов".
Я  снова начинаю права  качать насчет  Хельсинки,  а они  уперлись на одном:
"Зачем  вам  член из политбюрона?  " "Вы  мне  ответьте, -  говорю,  -  куда
тресковое филе девалось и почему колхозники объявили холодную войну партии и
народу - картошку по 7 рэ ведро продают, живоглоты. Тогда я вам скажу, зачем
мне член  политбюроновый! " Дуська в ноги мне бросается. "Федя, ты что, тоже
сесть  хочешь? Идем.  Я  все  расскажу, нас отпустят и  ты  спать ляжешь. Ты
почернел,  Федя,  от  пьяни. Пойдем!  "  "Хорошо, -  говорю, - пошли,  но  в
протоколе необходимо  желаю записать, что за все  время ни разу не выразился
"хуй", говорил исключительно лояльно "член". Так и записали в отделении. Тут
и начался шурум-бурум. Прокуроры приехали, Чека, парторг наш и прочая шобла.
Трое суток допрашивали то меня,  то Дуську, на очные ставки раз пять водили,
но я же не олень сохатый, я бывший член партии и по дороге  в лягавку  успел
поднатаскать Дуську как следует. "Помни, - говорю, - одно: хуй ты  купила на
Тихом рынке в том ряду, где раньше картошку продавали. Продал тебе его негр,
у которого деньги стырили из кармана, а  расплатиться  за творог было нечем.
Просил  он за него  десять.  Ты дала три  двадцать. Вот и  все.  В остальном
выкручивайся, как знаешь.  Дома же  я тебя  поколочу. Так не делают! Я  хожу
еле-еле  до сих пор. Очко ведь не железное! " Между прочим, на меня, на  мой
позор  и травму всей шобле было  плевать. Они старались понять, кто вынес из
совершенно секретной лаборатории кусок новейшего полимера политбюрона.  Ведь
его хранили в  сейфах, ключи же от  них были только  у Главного Полимерщика.
Если бы Пентагону удалось достать кусочек политбюрона размером  с  пробку от
"Солнцедара",  то   мы,  как  я  понял  из  допросов,   растеряли   бы  свое
стратегическое  преимущество  к ебеной бабушке. Двое суток возили  Дуську на
приемы в посольства африканских государств и на  лекции в университет Дружбы