взялась? Ноги,  ведь, ноги, ноги топчут  ее... Нарвала травки, набила полную
сумку, вдруг  чую, как  в нее кто-то залез. Я его хвать за руку, стервеца, а
это, Коля, оказался ты и говоришь, чего же я скрываю, что карман имею, в нем
на футбол пиво таскать можно и жареные  семечки. И так мне обидно стало, что
ты ко мне в карман залез и что  детишки мои  от голода в приемной Шверника и
Калинина помирают, что завыла  я  на все метро,  эскалатор  остановился, и я
вниз поскакала. Поскакала по ступенькам вниз, а им конца не видно. Я опять и
завыла. Ву-у-у-у-у-а?
Тут у меня вдруг из левого шнифта искры посыпались, очень больно стало,
я просыпаюсь, думаю в первый момент, что Чернышевский покушение на мою особу
устроил и решаю  со злости ноги у него, извини, из жопы выдернуть, поскольку
я не либерал какой-нибудь Витте, а нормальный человек Фан Фаныч. Просыпаюсь,
значит, окончательно, а в бараке  -  последний день Помпеи! Света  нету, шум
стоит, зубы скрипят, хрип.
Зажигаю спичку.  Человек двадцать бьются  в падучей  в  проходах  между
нарами и отдельно друг  на дружке. Совершеннейшая  каша. Ты представь, Коля,
... ты что? Обиделся, что я тебя во сне  увидел?  Но ты  же не  украл у меня
тогда травку,  да и вообще  не знал, в чей  карман лезешь,  человеческий или
кенгуриный  и  потом,  согласись,  добрый  тюлень,  ты  же  не  нарочно  мне
приснился. Нехорошо и  печально  говниться из-за  таких пустяков. Ну  что ты
расстроился, Коля? Вот и я вместо того, чтобы тискать тебе дальше роман моей
жизни,  вспомнил  жуткий случай, мне его за  чифирком рассказал Кидалла.  Он
завербовал в  стукачки  одну бывшую великосветскую  гадалку, толковательницу
царицыных  и  фрейлинских  снов.  Фармазонка  она  была или  не  фармазонка,
неизвестно,  но  к  ней  ходили  жены  всяких  ответработников  -   быдло  и
интеллигентки. А в те годы чего им только не снилось! Шарлотта  Гавриловна и
передавала их сны Кидалле, а он на основании учения Павлова насчет того, что
сны - это ночная  жвачка нашими  мозгами дневных мыслей, замастыривал разные
дела и получил даже за них кликуху поэт  наших органов", Говорит жена одного
дипломата  Шарлотте  той  Гавриловне, что приснился  ей  ее  муженек  и  два
секретаря его посольства в Италии. Будто они берут  за руки, за ноги сначала
Молотова,  потом Кагановича,  Калинина,  Маяковского,  Микояна,  Ворошилова,
Водопьянова, Мамлакат Мамаеву и других членов политбюро и бросают их в форум
Колизея шакалам, гиенам и  грифам в  день Конституции. И  посвящают все  это
киданье  товарищу  Сталину,  у  которого  через  шестнадцать  суток  -  день