заявили они, - тут за  углом.  Там всем хватит места, для  пони
тоже. - А  вы как следует  ее осмотрели? -  спросил  волшебник.
Он-то  знал,  что горные  пещеры  редко пустуют.  -  Еще бы!  -
ответили они, хотя  всем было ясно, что осмотреть внимательно у
них не хватило времени - так быстро они вернулись.
В том и состоит коварство  пещер,  что  никогда не знаешь,
далеко  ли  пещера   простирается,   куда  она  выведет  и  что
подстерегает вас  внутри.  Сведения,  принесенные  Фили и Кили,
показались   вполне   удовлетворительными.  Ветер   по-прежнему
завывал, и гром гремел, и  им  стоило  больших трудов добраться
вместе с пони до пещеры. Хорошо, что до  нее было действительно
недалеко: они скоро уперлись в скалу,  выступавшую на тропинку,
и, обогнув ее,  обнаружили в стене низкий ход. Сквозь отверстие
как  раз  протиснулись  расседланные,  без  поклажи  пони.  Так
приятно было слушать, как снаружи  беснуются  ветер  и дождь, и
чувствовать себя  в  безопасности  от  великанов  и их каменных
мячей. Но волшебник ни в  коем  случае не хотел рисковать :  он
зажег  свой  посох,  как  когда-то  (так  давно!) в столовой  у
Бильбо, и они обследовали пещеру вдоль и поперек.
Пещера была порядочных размеров, но не слишком велика и не
очень таинственна.  Сухой  пол,  уютные  закоулки.  Ойн и Глойн
хотели  развести  на  пороге  костер, чтобы обсушить  вещи,  но
Гэндальф строго-настрого запретил. Тогда все расстелили  мокрую
одежду прямо на земле,  вытащили  сухую из тюков, завернулись в
одеяла, достали  трубки  и принялись пускать колечки. Гэндальф,
чтобы  доставить  друзьям  удовольствие,  окрашивал  колечки  в
разные цвета  и  заставлял плясать под сводами. Путешественники
болтали-болтали и совсем  забыли  про грозу. Они обсуждали, что
каждый сделает со своей долей золота (сейчас оно не казалось им
недоступным). Потом они один за другим заснули.
Как  показала  эта  ночь,  они  хорошо   сделали,  взяв  в
путешествие Бильбо. Он долго  не  спал, а когда наконец заснул,
то  видел  отвратительные  сны.  Ему снилось, будто  трещина  в
задней стене пещеры растет,  раскрывается  все шире и шире; ему
стало страшно, но  он не мог  крикнуть, не мог  пошевелиться  и