крепко спали начальник стражи и дворецкий. Королевское
вино навевает приятные сны. Но какое будет выражение лица у
начальника стражи на следующий день! Добросердечный Бильбо
осторожненько прицепил ему ключи к поясу. "Может, ему не так
попадет, - подумал мистер Бэггинс. - Он в сущности не злой и с
пленниками обращался вполне сносно. То-то он удивится! Решит,
наверное, что мы прошли через запертые двери с помощью
колдовства. Прошли! Нет еще, для этого надо действовать, и
быстро!"
Балина поставили караулить начальника стражи и дворецкого
и, если те очнутся, подать знак. Остальные отправились в
соседний погреб с люком. Нельзя было терять ни минуты. Бочонки
уже стояли приготовленные посреди погреба. Винные не годились,
так как их днища было трудно вышибить, не наделав шума, и еще
труднее закрыть.
Но были там и другие бочки, в которых поставляли масло,
яблоки и еще всякую всячину. Скоро нашлось тринадцать сносных
бочек - по числу гномов. Некоторые оказались даже слишком
просторны, и, залезая в них, гномы с тревогой подумали, как их
будет трясти и швырять. Бильбо расстарался и добыл соломы и еще
чего-то мягкого и устроил гномов с наивозможным комфортом.
Наконец двенадцать гномов были благополучно упакованы.
Больше всего хлопот доставил Торин - он вертелся и крутился в
своем бочонке и ворчал, как пес, укладывающийся спать в тесной
конуре. Балин тоже напоследок поднял шум по поводу
недостаточного числа отдушин и утверждал, что задыхается, когда
и крышка-то еще не была наложена. Бильбо со всей тщательностью
заткнул щели, приладил крышки и теперь, оставшись в
одиночестве, лихорадочно суетился, доканчивая упаковку.
Он волновался не зря. Едва успел он прикрыть крышкой
Балина (который был последним), как послышались голоса и
замелькал свет. В погреба ввалились эльфы, заливаясь смехом,
разговаривая и напевая обрывки песен. Они оставили веселый
пиршественный стол в одном из верхних залов и хотели как можно
скорее вернуться назад.
