Одетые в зеленую и коричневую одежду, они сидели на пнях вокруг
костра. Позади них на деревьях торчали факелы, но что самое
замечательное - они ели, пили и веселились.
Аромат жареного мяса был так притягателен, что путники, не
сговариваясь, выпрямились во весь рост и шагнули сквозь кусты
на полянку, одержимые одним желанием - выпросить поесть. Но
едва они ступили в круг, как все огни погасли, словно по
мановению волшебной палочки, кто-то из эльфов поддал ногой
поленья, взвился сноп сверкающих искр, и костер потух. Путники
очутились в беспросветной тьме и долго не могли отыскать друг
друга. Проблуждав во мраке, налетая на деревья, хватаясь за
стволы, спотыкаясь о пни, аукая во весь голос и наверняка
перебудив всех обитателей леса на много километров вокруг, они
наконец ухитрились собраться и на ощупь пересчитать друг друга.
К этому времени они совершенно запутались, где дорожка, и
безнадежно заблудились, во всяком случае - до утра.
Оставалось только лечь спать, не сходя с места. Пролежали
они недолго. Бильбо только-только задремал, как вдруг Дори,
стоявший на часах, громко шепнул: - Опять огоньки. Больше, чем
прежде.
Они опять вскочили и бросились в ту сторону, где ясно
слышались голоса и смех. Но едва они приблизились к кострам,
повторилось то же самое, что и в предыдущий раз. Пришлось опять
лечь спать. Но история с огнями на этом не кончилась. Когда
время зашло далеко за полночь, их разбудил Кили:
- Вон там целый пожар - костры, факелы; слышите - поют,
играют на арфах! Они послушали-послушали и, не в состоянии
преодолеть
искушения, снова встали и пошли. Результат оказался самый
плачевный. Этот пир был еще пышнее, еще роскошнее прежних, во
главе пирующих сидел лесной король в венке из листьев на
золотоволосой голове, точь-в-точь король из бомбуровского сна.
Эльфы передавали по кругу чаши, одни играли на арфах, другие
пели. В их блестящие волосы были вплетены цветы, драгоценные
камни сверкали у них на воротниках и кушаках, лица и голоса
