расширилось, постепенно стало  совсем  неглубоким.  Серая  дымка  предвещала
рассвет. По-прежнему проворный Горлум вдруг остановился и посмотрел на небо.
- День недалеко, - прошептал он, будто день, того и гляди, услышит  его
и накинется. - Смеагорл спрячется здесь, я спрячусь, и Желтая Морда меня  не
заметит.
- Мы бы и рады увидеть солнце, - сказал Фродо, - да сил нет  выбираться
наверх: ноги подкашиваются.
- Не надо радоваться Желтой Морде,  -  сказал  Горлум.  -  Она  нарочно
выдаст врагам. Добренькие умненькие хоббитцы спрячутся со Смеагорлом,  а  то
кругом шныряют орки и злые люди - они  далеко  видят.  Прячьтесь,  хоббитцы,
здесь со Смеагорлом!
На отдых пристроились у крутого каменного ската расселины,  из  которой
теперь высокий человек запросто мог бы выглянуть. Ручей бежал  поодаль,  под
ногами была сухая гладь. Фродо и  Сэм  уселись  на  большом  плоском  камне,
прислонившись к скату. Горлум плескался и копошился в ручье.
- Надо немного подкрепиться, - сказал Фродо. - Смеагорл, ты голодный? У
нас у самих немного, но мы поделимся.
При слове  "голодный"  глаза  Горлума  зажглись  зеленоватым  светом  и
вытаращились так, что за ними стало не видно лица - исхудалого и землистого.
Он заговорил по-старому, по-горлумски:
- Мы совсем, совсем изголодались, прелесть. А какая  у  них  есть  еда?
Сочненькая рыбка?
Из-за острых желтых зубов  высунулся  длинный  язык  и  жадно  облизнул
бескровные губы.
- Нет, рыбы у нас нет, - сказал Фродо. - Вот только это, -  он  показал
путлиб, - и вода, если здешнюю воду можно пить.
- Да, да, да-ссс, водица чисстенькая, - сказал Горлум. -  Пейте,  пейте
ее досыта, пока она ессть. А что это такое  хрустит  у  них  на  зубах,  моя
прелесть? Это вкусненькое?
Фродо отломила протянул ему кусок лепешки в  листовой  обертке.  Горлум
понюхал лист, и лицо его исказилось отвращением и застарелой злобой.
- Смеагорл чует, чем пахнет! - процедил он.  -  Это  листья  из  страны
эльфов, кха! Ф-ф-ф, как они  воняют!  Он  лазил  по  тем  деревьям,  и  вонь
пристала к его рукам, к моим милым лапкам. - Он бросил лист, отгрыз  кусочек
путлиба, тут же выплюнул его и закашлялся. - Аххх! Нет, - отплевывался он. -