Может, ты дойдешь до Ородруина, а может, это вовсе не твое дело - как знать?
Я знаю другое: пока что ты к такому пути не готов.
- Еще бы! - воскликнул Фродо. - Ну а мой-то путь - куда?
-  По  краю, - ответил маг. -  По самому краешку,  твердо и  осторожно.
Иди-ка  ты, пожалуй, в Раздол. Это не слишком опасный путь, хотя  на дорогах
нынче неспокойно, а осенью будет даже и страшновато.
- В Раздол? -  переспросил Фродо. - Хорошо, пойду на восток, к Разделу.
Сэм тоже со мной пойдет, повидает эльфов, то-то ему радость!
Он обронил это  как бы между прочим, но ему не шутя захотелось побывать
в той блаженной долине, где Дивный Народ все еще жил мирно и счастливо.
Как-то летним вечером в "Укромном уголке" и "Зеленом драконе" обсуждали
невероятное  -  что там  великаны и прочая нечисть на границах! Оказывается,
Фродо продает, если уже не продал, Торбу - и кому? Лякошель-Торбинсам!
- Ну, за хорошие деньги, - говорили одни.
- За свою цену, -  возражали другие, -  будьте  покойны,  Любелия гроша
лишнего  не  даст. (Оддо  уже успел умереть, дожив  до ста  двух  лет  и  не
дождавшись свершения своих чаяний.)
О  цене очень спорили, но больше о том, с чего  бы  это  Фродо  вздумал
продавать такое прекрасное именье. Некоторые намекали - на это намекал и сам
господин Торбинс,  - что денежки счет любят,  а  у него они  на  исходе: еле
хватит рассчитаться в Норгорде и переехать к родственникам в Зайгорд.
- Лишь бы подальше от Лякошелей, - добавлял кое-кто.
Но все так  привыкли  к россказням  о несметных  богатствах Бильбо, что
отвыкать  было  невмочь,  и многие  винили Гэндальфа. Того  хоть и  было  не
видать,  не слыхать, но жил-то  он, известно,  у  Фродо  - прятался небось в
Торбе.  Положим, было  не  слишком  понятно,  зачем  магу нужно, чтоб  Фродо
переехал в Зайгорд, но, видать, зачем-то понадобилось.
-  Да, осенью  переезжаю,  -  подтверждал  Фродо.  -  Мерри  Брендизайк
подыскивает там для меня чистенькую норку, а может, и уютный домик.
Мерри в самом деле  подыскал и  купил  премиленький  домик в  Кроличьей
Балке, чуть подальше Зайгорда. Всем, кроме Сэма, Фродо говорил,  что туда он
и задумал перебраться. Путь на восток подсказал ему эту  мысль: Заячьи Холмы
- по дороге, Фродо жил там в детстве, так почему бы ему туда не вернуться.
Гэндальф  пробыл  в  Хоббитании  больше двух  месяцев.  Потом,  однажды
вечером к концу июня, как раз когда планы Фродо устоялись, он вдруг объявил,