ускользало, мысли двоились...
Внезапно ему стало не по себе: чей-то взгляд в спину оборвал, скомкал
его раздумья. Он торопливо вскочил, оглянулся - и с невольным облегчением
увидел Боромира. На лице гондорца застыла чуть напряженная, но добрая
улыбка.
- Я беспокоился за тебя, Фродо, - сказал он. - Если Арагорн прав и орки
близко, то бродить по лесу в одиночку очень опасно. Особенно тебе - ты ведь
поистине бесценная добыча для врагов. Меня одолевают горькие мысли. Разреши
мне посидеть тут с тобой, раз уж я тебя отыскал. Когда мы собираемся все
вместе, каждое слово вызывает бесконечные споры. А здесь, вдвоем, нам, быть
может, удастся найти какое-нибудь мудрое решение.
- Спасибо тебе, Боромир, - отозвался Фродо. - Да только вряд ли ты
сумеешь мне помочь. Потому что я знаю, как мне надо поступить, и боюсь.
Просто боюсь, Боромир.
Фродо замолчал. Сквозь ровный гул Рэроса слышался свист ветра в голых
ветвях деревьев. Боромир подошел к хоббиту и сел рядом с ним на камень.
- А ты уверен, что мучаешься не впустую? - мягко спросил он. - Зачем
заранее отвергать всякую помощь? Я же вижу, что тебе нужен совет. Выслушай
меня, Фродо!
- В том-то и дело, что я догадываюсь, какой ты дашь мне совет, Боромир,
- сказал Фродо. - Он кажется мудрым... но сердце предостерегает меня.
- Предостерегает? Против чего? - резко спросил Боромир.
- Против отсрочки, - ответил Фродо. - Против легкого пути. Против
желания сбросить с плеч тяжелое бремя. Против... как бы это сказать?.. Ну да
- против слепой веры в силу и надежность людей.
- А между тем эта сила надежно охраняет вас от великих бедствий! -
воскликнул Боромир.
- Я нисколько не сомневаюсь в доблести гондорцев, - сказал Фродо. - Но
мир сейчас быстро меняется. Стены Минас-Тирита крепки, я знаю. А вдруг они
окажутся недостаточно крепкими? Что тогда?
- Мы встретим смерть, как подобает воинам, - ответил Боромир. - Да и
есть ведь еще надежда, что Вражье воинство сломает зубы о нашу крепость.
- Нету такой надежды, пока существует Кольцо, - отрезал Фродо.
- Кольцо! - подхватил Боромир, и глаза его вспыхнули. - Не странно ли,
что нам всем доставляет столько тревог такая крохотная пустяковинка -
