Бурым Равнинам, тянувшимся вдоль Андуина от Чародейских Дебрей до Приречного
взгорья и Гиблых Болот. Враг ли отравил их  каким-нибудь лиходейством, выжег
ли  багровый подземный  огонь  или опустошила черная саранча - этого не знал
даже Арагорн; они издревле были мертвыми и пустынными.
Западный берег, тоже безлесный, закрывали густые  заросли камыша  - его
фиолетово-черные метелки  шелестели на ветру  печально  и глухо. Когда стена
камыша обрывалась, Фродо видел  холмистые  луга, покрытые  густой  и высокой
травой, а  за ними - полоску далекого леса  и  уступчатые контуры  Мглистого
хребта.
В камышах слышались  птичьи голоса;  иногда над рекой пролетали утки; а
однажды путники заметили лебедей.
- Лебеди! - воскликнул Сэм. - Здоровущие!
- И черные, - мрачно добавил Арагорн.
- До чего же холодный и  угрюмый край,  - зябко поежившись, пробормотал
Фродо. - Я  думал, что  на юге радостно и тепло  и  все  цветет,  а зимы  не
бывает.
-  Разве  это юг? -  откликнулся  Арагорн.  - В низовьях  Андуина и  на
морском  побережье  уже  наступила  пора  цветенья -  там, я думаю,  тепло и
радостно, - если южные края  не затемнены.  А мы-то еще в средней полосе - у
северной границы Ристанийской державы, которая проходит по реке Кристалинке,
- всего лиг на сто южней Хоббитании. Здесь в это время и снег может выпасть.
Ристанийские земли славятся  плодородием, и раньше  они были густо заселены,
но  теперь  близ Андуина никто не  живет, ибо  у его восточных берегов снова
стали  появляться  орки. А кочуют они огромными  ордами, уничтожая  на своем
пути все живое, и, говорят, вторгаются даже к ристанийцам.
Сэм  с  беспокойством  огляделся по сторонам. Раньше, когда  они  плыли
через лес, ему  казалось, что  из прибрежных чащоб за ними  наблюдают шпионы
Врага;  ну  а  теперь,  на  открытых просторах,  он  чувствовал  себя совсем
беззащитным.
Андуин  резко свернул к югу.  Берега медленно уплывали назад. Холмы  на
востоке  как  бы приплюснуло: западный берег  превратился в низину, поросшую
пучками жесткой травы. Андуин широко разлился и обмелел. Восточный ветер был
сухим и холодным.
Путники почти не разговаривали друг с другом  -  каждый был  погружен в
собственные  раздумья.  Фродо  вспоминал  цветущий Лориэн,  яркое  солнце  и