-  Но главного  вы еще не слышали, -  сказал Хэлдар. - Владыки  Лориэна
разрешили вам всем - даже гному! - идти с открытыми глазами. Похоже, что они
знают каждого из вас.  Быть  может, пока меня не было в  Лориэне, от Элронда
прибыл новый  гонец. - Гимли  он  первому  снял  повязку.  И,  поклонившись,
воскликнул: - Не гневайся, друг! С тех  пор как настали Черные Годы, ни один
гном не бывал в Лориэне. Тебе оказана высокая честь!
Вскоре сняли  повязку  и  с  Фродо.  Он  открыв  глаза  и  взволнованно
огляделся. Хранители стояли на огромном  лугу. Слева от них возвышался холм,
покрытый ярко-изумрудной  травой. Холм венчала двойная диадема из высоких и,
видимо,  древних деревьев а в центре  росло еще одно  дерево, громадное даже
среди этих гигантов. Это был мэллорн - исполинский ясень - с белой дэлонью в
золотистой  листве.  Внутреннее  кольцо  древесной  диадемы образовали  тоже
исполинские ясени, а внешнее -  неизвестные хоббитам деревья с необыкновенно
стройными белыми  стволами  и строго  шарообразными кронами, но без листьев.
Изумрудные склоны округлого холма  пестрели серебристыми, как зимние звезды,
и  синими  словно  крохотные  омуты, цветами,  а  над  холмом,  в  бездонной
голубизне неба, сияло ясное послеполуденное солнце.
-  Перед  вами  Курган  Горестной  Скорби,   -  с  печальной  гордостью
проговорил Хэлдар. - Под  ним, как утверждают наши предания, на месте своего
лориэнского  жилища,  похоронен  первый властитель Лориэна - или, по-вашему,
Благословенного Края  - Эмрос, переселившийся сюда из  Эльдара. Здесь даже в
самые  суровые  зимы не увядают эльдарские  всегда живые цветы и  шелестит о
прошлом вечнозеленая трава. Отдохните,  нам остался один переход, вечером вы
предстанете перед нашими Владыками.

Усталые Хранители прилегли на траву,  но Фродо ошеломленно  озирался по
сторонам, не в  силах лечь или даже пошевельнуться. Он смотрел на канувший в
прошлое  мир,  освещенный  навеки  исчезнувшим светом, и  этот  поразительно
древний  мир, открываясь его изумленному взгляду, как бы на его  же глазах и
рождался. 0й видел лишь знакомые  ему цвета - белый, желтый, зеленый, синий,
- но они  были такими свежими и яркими, словно явились  ему здесь впервые, а
он, разглядев их, дал им названия. Тут  нельзя  было летом  сожалеть о весне
или мечтать зимою о лете - в неизменной жизни Благословенного Края прошлое и
будущее сливались воедино.
Неожиданно Фродо заметил Сэма - он ошарашенно протирал  глаза, будто не