- Это Даринский Столп! - воскликнул Гимли. - Арагорн, можно я спущусь к
озеру?
- Только сразу же возвращайся обратно, - посмотрев на небо, ответил
Арагорн. - Солнце закатится часа через три. Днем орки из пещер не выходят,
но к ночи снарядят за нами погоню, так что нам надо уйти подальше. Сейчас
новолуние, и ночь будет темной, а в темноте орки необычайно опасны.
- Пойдем, ты должен заглянуть в Келед-Зарам, - позвал гном Фродо и
побежал вниз.
Фродо, преодолев апатию и усталость, побрел к темному овалу
Зеркального; следом за хозяином пошел и Сэм.
Возле колонны Гимли задержался и, когда подошли хоббиты, сказал:
- Видите, тут по-морийски написано: "Отсюда Дарин впервые заглянул в
Келед-Зарам". - На колонне виднелись полустертые руны, однако прочитать их
было невозможно: песок и ветры заровняли надпись. - Давайте заглянем в озеро
и мы! - повернувшись к берегу, предложил Гимли.
Путники наклонились над темной водой. Сначала они ничего не увидели. А
потом в сине-зеркальной поверхности проступили серебристые блестки звезд -
хотя на небе сияло солнце - и снежные шапки высоких гор. Путников озеро
почему-то не отразило, и они в смущении отошли от берега.
- Здравствуй и прощай, Заповедное Озеро! - низко поклонившись,
воскликнул Гимли. Потом повернулся к хоббитам и добавил: - Здесь покоится
Корона Дарина. Она ожидает его пробуждения...
- Что ты там видел? - спросил Пин Сэма, когда гном и хоббиты догнали
Отряд. Но задумавшийся Сэм ничего не ответил.
Серебрянка на севере, а Белогривка на юге ограничивали большую
холмистую долину с основанием из черных скальных пород, прикрытых слоем
плодородной почвы; поэтому дно у рек было черным, и долину исстари называли
Черноречьем, хотя, освещенные лучами солнца, обе реки весело серебрились, а
чернели только вечерами да в непогоду. Возможно, первые жители долины пришли
сюда, когда было пасмурно.
Путники шагали по берегу Серебрянки.
- От Зеркального до слияния Серебрянки с Белогривкой лиг десять, - на
ходу рассказывал Арагорн, - и там, в лесу, мы сможем заночевать. Этот путь
наметил для Отряда Гэндальф, чтобы выйти потом к Великой Реке. Когда
