- Не послушался я Элронда, - шепнул Пин Сэму, - и зря. Ну какой из меня
Хранитель?  От этого воя все во мне обмирает.  Никогда еще в жизни  я так не
боялся, даром что Бандобрас Быкобор - мой предок.
- А у меня, - прошептал ему Сэм в ответ, - как сердце оборвалось, когда
Бродяжник  вскочил, так по  сю пору в пятках  и трепыхается. Ну да ничего  -
авось  пронесет.  Арагорн с Боромиром  -  бывалые люди; Гимли, он у нас всем
гномам гном; да и Леголас  -  тоже эльф не  промах.  А старина Гэндальф, тот
одно слово - маг. Нет, думаю, не сожрут нас волки.

Путники   хотели  заночевать  в  лощине,  но  теперь,  для  того  чтобы
защищаться  от  волколаков,  они  поднялись на  соседний  холм с  тремя  или
четырьмя кряжистыми  дубами, которые были  обнесены оградой из больших серых
валунов.  Кое-где  каменная  ограда  обвалилась, и  Хранители, понимая,  что
ночная  тьма  не  помешает  стае  волколаков  найти  их,  поспешно  разожгли
небольшой костер.
Путники  сидели возле и  все, кроме двух часовых, дремали  - это был не
сон,  а тревожное забытье. Пони  Билл трясся  от  страха,  он взмок,  словно
только  что  пробежал лиг  двадцать.  Вой  теперь слышался со всех сторон, а
вокруг,  в черной  ночной  темноте,  зловеще  поблескивали  парные  огоньки.
Внезапно там, где ограда обвалилась, Хранители увидели огромного волколака -
он застыл в проломе и хрипло взвыл, словно бы подавая сигнал к атаке.
Подняв мерцающий Магический Жезл, Гэндальф шагнул навстречу зверю.
- Ну ты, шелудивая собака Саурона, - нарочито негромко проговорил он. -
Перед тобой - Гэндальф. Убирайся отсюда, если тебе дорога твоя шкура.
С  коротким  рычанием  зверь  прыгнул  вперед  -  мелодично  прозвенела
спущенная  тетива,  и,  коротко взвыв,  он рухнул на землю:  в горле  у него
торчала  стрела. Леголас тотчас же вынул вторую. Но кольцо зловещих огоньков
распалось. Гэндальф и Арагорн подошли к ограде - волколаков на склонах холма
уже не было: стая, лишенная вожака,  отступила. Путников окружала безмолвная
тьма.
Миновала полночь; близился рассвет; на западе, почти что у самой земли,
то гасла, ныряя в драные тучи, то снова  бледно вспыхивала луна; эти слабые,
судорожно  короткие  вспышки  бессильно  меркли  в  предрассветном  сумраке.
Внезапно  громкий  многоголосый  вой  вырвал  Фродо  из  зыбкого  забытья  -
волколаки, беззвучно окружившие холм, со всех сторон ринулись в атаку.