что-то предпринять!
-  Ты прав, - озабоченно отозвался Гэндальф и достал из кармана кожаную
баклагу. - Пусть каждый отхлебнет по одному  глотку,  -  сказал  он, передав
баклагу  Боромиру.  -  Это  необычайно  живительный  напиток  -  здравур   -
драгоценный дар Имладриса.
Глоток пряной, чуть  терпкой жидкости  не  только  согрел  окоченевшего
Фродо, но и прогнал его недавние страхи. Остальные Хранители тоже оживились.
Однако  ветер  свирепствовал  по-прежнему, а  метель даже  стала  как  будто
сильней.
-  Не разжечь ли костер? - спросил Боромир. - Похоже, мы уже поставлены
перед выбором - погибнуть или отогреться у огня.
-Что  ж,  можно,  - ответил  Гэндальф.  - Если  здесь  есть  соглядатаи
Саурона, они все равно уже нас заметили.
У Хранителей были и дрова и растопка (они последовали совету Боромира),
но ни  эльф, ни гном - уж на  что  мастера - не  сумели высечь  такую искру,
которая зажгла бы отсыревший хворост. Пришлось взяться за дело Гэндальфу. Он
прикоснулся Жезлом к вязанке хвороста и скомандовал: "Наур ан адриат аммин!"
Сноп  зеленовато-голубого  пламени ярко  осветил  метельную  темень, хворост
вспыхнул  и  быстро  разгорелся. Теперь яростные порывы ветра только сильнее
разжигали костер.
- Если перевал стерегут соглядатаи, то меня-то они наверняка засекли, -
с  мрачной  гордостью заметил  маг.  - Я  просигналил  им ГЭНДАЛЬФ ЗДЕСЬ так
понятно, что никто не ошибется.
Но Хранители едва ли слышали Гэндальфа. Они, как дети, радовались огню.
Разгоревшийся  хворост весело потрескивал, и Хранители, не  обращая внимания
на  буран, на лужи талой воды  под ногами, со всех  сторон обступили костер,
чтоб согреться в его животворном тепле. На их изнуренных, но раскрасневшихся
лицах играли огненно-золотистые  блики,  а вокруг,  словно бы  заключив их в
темницу, кипела сизая метельная тьма.
Однако хворост сгорал очень быстро.
Пламя приугасло, и в тускнеющий костер бросили последнюю вязанку дров.
- Ничего, скоро начнется рассвет: ночь-то на исходе, - сказал Арагорн.
-  Ночь-то  на исходе, -  пробормотал Гимли,  - да в такое  ненастье  и
рассвета не заметишь. Боромир немного отступил от костра.
- Буран стихает, - объявил он. - Да и ветер как будто начал выдыхаться.