мы замерзнем у перевала насмерть - ведь нам, как я понял,  предстоит дневка.
Значит, пока  мы  еще  здесь, внизу, нужно собрать  побольше  сушняка, чтобы
каждый взял с собой вязанку дров.
- А  Билл  прихватит две,  - сказал  Сэм. - Ты ведь  не подведешь  нас,
правда, дружище? - спросил он у Билла.
Пони промолчал, но посмотрел на Сэма довольно мрачно.
- Неплохая  мысль,  -  согласился Гэндальф.  - Однако  нам надо  твердо
запомнить, что костер мы разожжем лишь в крайнем случае, когда действительно
окажемся перед выбором - погибнуть или отогреться у огня.

Сначала Отряд  продвигался быстро,  но через несколько  лиг  склон стал
круче, а  разрушенный  тракт  превратился  в  тропу,  загроможденную острыми
осколками скал.  Небо сплошь затянули  тучи, и путников накрыла черная тьма.
Лица обжигал ледяной  ветер.  К  полуночи  извилистая, чуть  заметная тропка
вывела  путников  на  узкий  карниз - справа  от них,  в  круговерти  ветра,
угадывалась  пустота глубокой пропасти,  а слева вздымалась отвесная  стена.
Они не одолели и четверти пути.
Вскоре Фродо почувствовал  на лице  холодные уколы  редких  снежинок, а
потом  началась  густая метель. Тьма, сделавшаяся вдруг  сизо-белесой, стала
вместе с  тем  еще непроглядней - согнутые фигуры Арагорна и  Гэндальфа,  до
которых Фродо мог дотянуться рукой, скрылись в мутной метельной мгле.
- Ох, не нравится  мне эта кутерьма, - пыхтел у него за спиною Сэм. - Я
люблю полюбоваться  на метель  из окошка, утречком, лежа под теплым одеялом.
Пусть  бы она разразилась над Норгордом, то-то хоббиты были бы рады. А здесь
она нам совсем ни к чему.
В  Хоббитании  сильных  снегопадов не  бывает -  разве  что  изредка  у
северной  границы, -  и, если выпадает  немного снежку, хоббиты радуются ему
как дети. Никто из живых хоббитов (кроме Бильбо) не видел редкостно свирепой
зимы  1311 года, когда  на засыпанную снегом Хоббитанию напали полчища белых
волков, перешедших по льду речку Брендидуим.
Гэндальф остановился. Толстый  слой снега покрывал  его плечи и капюшон
плаща. На тропе снега уже было по щиколотку.
-  Именно  этого я  и опасался, -  повернувшись к Арагорну,  проговорил
Гэндальф. - А что ты теперь скажешь, Следопыт?
- Что и я опасался, - ответил тот. - Правда, меньше, чем всего другого.