деньги  розданы до  последней  копейки и что их  больше  вообще  не будет  в
природе.
Самый несговорчивый  получатель денег всегда сдавался перед захлопнутым
фанерным окошком  и  начинал даже каяться. Тогда  кассир  открывал окошечко,
долго и горестно смотрел поверх очков на протестанта и качал головой.
- Стыдитесь, молодой человек! - говорил  он. -  Скандалить вы умеете, а
чтобы чуточку помочь финансовым  работникам и порезать деньги самому, так на
это  вас никогда  не  хватает.  Пишите  сумму прописью вот тут  где  красная
птичка.
С  целью  просветить  сотрудников  Опродкомгуба  в   области  денежного
обращения  кассир  приклеил  к  фанерной  перегородке  около  кассы  образцы
советских денег, имеющих хождение по стране, а рядом образцы денег, хождения
не имеющих.
То была  редкая коллекция бумажных денег. Ее не украли  только  потому,
что предусмотрительный кассир приклеил деньги  к фанере столярным клеем и их
нельзя было  отодрать от нее  никаким  способом.  Но  все  же на второй день
появления  этой  коллекции  комендант  Карпенко  обнаружил  попытку  стащить
коллекцию,  - кто-то начал  выпиливать лобзиком кусок фанеры  с  наклеенными
деньгами.
В  то  время  почти  все  деньги  носили прозвища. Тысячные  ассигнации
назывались  "кусками",  миллионы-"лимонами".  Миллиардам  присвоили  звучное
прозвище  "лимонардов".  Все  мелкие  деньги тоже носили  самые  неожиданные
наименования. Особенно нежно одесситы называли  бумажную мелочь в тридцать и
пятьдесят рублей.
Среди  денег, не  имеющих  хождения,  были  совершенно  фантастические:
например,  сторублевки, напечатанные  на обороте игральных карт. Их выпускал
какой-то захолустный город на  Украине - не то Чигирин,  не то Славута. Были
одесские  деньги  с видом  биржи,  белогвардейские  "колокола"  и  "ермаки",
украинские  "карбованцы",  сторублевые  "яешницы",  "шаги"  и еще  множество
всяческих   банкнот  и  "разменных   знаков",  чья  ценность  обеспечивалась
сомнительным имуществом разных городов - от Крыжополя до Сосницы и от  Шполы
до Глухова.
Наша  стена около кассы  Опродкомгуба выглядела живописно. Почти каждый
сотрудник, получая  деньги, проделывал  с  ними  одну и ту же  операцию:  он
прижимал к фанере денежный лист,  накладывал сверху кусок бумаги  и изо всей