жалостливые бабы, бросали в деревянную миску позеленевшие медяки.
Представление о  лирниках  навсегда  связалось  у  меня  с  памятью  об
украинских  базарах  --  ранних  базарах,  когда роса еще блестит на  траве,
холодные  тени  лежат  поперек пыльных дорог  и  синеватый дым струится  над
землей, уже освещенной солнцем.
Запотевшие кувшины --  глечики -- с ледяным молоком,  мокрые бархатцы в
ведрах с водой, гречишный мед в макитрах, горячие ватрушки с изюмом,  решета
с   вишнями,   запах  тарани,  ленивый  церковный   перезвон,  стремительные
перебранки баб-"цокотух", кружевные зонтики молодых провинциальных щеголих и
внезапный гром  медного  котла --  его тащил на  плечах какой-нибудь румын с
дикими  глазами. Все "дядьки" считали своей  обязанностью постучать по котлу
кнутовищем, попробовать, хороша ли румынская медь.
Историю лирника Остапа я знал почти наизусть.
-- Случилось то в  селе Замошье, под городом Васильковом,-- рассказывал
дед.--  Остап  был  в  том  селе  ковалем. Кузня  его стояла на  выезде  под
черными-пречерными  вербами по-над  самой  рекой. Не  знал  Остап неудачи --
ковал коней, гвозди, ковал оси для чумацких возов.
Как-то к летнему вечеру раздувал  Остап угли в кузне, а на дворе прошла
в тот  час  гроза, раскидала  по  лужам  листья,  повалила  трухлявую вербу.
Раздувал  Остап  угли  и  вдруг  слышит  --   топают  ногами  горячие  кони,
останавливаются около  кузни. И чей-то  голос  -- женский,  молодой--  зовет
коваля.
Вышел Остап и замер: у самых дверей кузни  пляшет черный конь, а на нем
женщина небесной красоты, в длинном бархатном платье, с хлыстом, с вуалькой.
Глаза ее смеются из-под  вуальки. И зубы смеются. А бархат на платье мягкий,
синий, и блыскавятся на нем капли -- падают  после дождя с черных верб на ту
женщину. И  рядом с  ней  на другом  коне  --  молодой  офицер. В ту  пору в
Василькове стоял полк улан.
"Коваль,  голубчик,--  говорит  женщина,--  подкуй  мне  коня, потеряла
подкову. Очень скользкая дорога после грозы".
Женщина сошла с седла, села на колоду, а Остап начал ковать  коня. Кует
и все поглядывает на  женщину, а она вдруг сделалась такая смутная, откинула
вуаль и тоже смотрит на Остапа.
"Не встречал  я вас до сей  поры,-- говорит ей Остап.-- Не из наших вы,
мабуть, мест?"