"А у тебя есть подружка?" - спросила она улыбаясь.
"Нет, сейчас никого, мы с Гретой поссорились.  Трудно  все-таки  жить
иногда, Магда. Я теперь служу  в  кондитерской.  Я  бы  хотел  иметь  свою
собственную кондитерскую, - но когда это еще будет..."
"Да,  жизнь",  -  задумчиво  произнесла  Магда  и,  немного   погодя,
подозвала таксомотор.
"Может быть, мы как-нибудь", - начал Каспар, но застеснялся.
"Погибнет  девчонка,  -  подумал  он,  глядя,  как  она   садится   в
автомобиль. -  Наверняка  погибнет.  Ей  бы  выйти  за  простого  хорошего
человека. Я б на ней, правда, не женился - вертушка, ни минуты покоя..."
Он  вскочил  на  велосипед  и  до  следующего  угла  быстро  ехал  за
автомобилем. Магда ему помахала рукой, он плавно, как  птица,  повернул  и
стал удаляться по боковой улице.


XXV


Все было очаровательно, все было весело - кроме ночевок в гостиницах.
Кречмар был тягостно настойчив. Когда она пыталась  отбояриться,  ссылаясь
на усталость, он, чуть не плача, говорил,  что  ни  разу  за  день  ее  не
поцеловал, просил позволения только поцеловать -  и  постепенно  добивался
своего. Горн между тем был по соседству, она слышала иногда его  шаги  или
посвистывание - а Кречмар рычал от счастия, - и Горн рычание мог  слышать.
Утром ехали дальше  -  в  чудесном,  беззвучном  автомобиле  с  внутренним
управлением, шоссейная дорога, обсаженная яблонями, гладко  подливала  под
передние шины, погода была великолепная, к вечеру стальные соты  радиатора
бывали битком набиты мертвыми пчелами  и  стрекозами.  Горн  действительно
правил прекрасно: полулежа на очень низком сидении  с  мягкой  спиной,  он
непринужденно и ласково орудовал рулем. Сзади, в окошечке, висела  толстая
Чипи и глядела на убегающий вспять север.
Во Франции пошли вдоль  дороги  тополя,  в  гостиницах  горничные  не
понимали Магду, и  это  ее  раздражало.  Весну  было  решено  провести  на
Ривьере, затем Швейцария или Итальянские озера. На предпоследней  до  Гиер
остановке они очутились в прелестном городке  Ружинар.  Приехали  туда  на