содержит  во  французской версии нашей дамы  не  только  синтаксический
ляпсус,   но   и  недопустимую   беглость  --  нередкий  грех  переводчиков,
проскакивающих под знак обязательной остановки:

Il aurait йtй, s'il eut longtemps
Vйcu, lys dehors, roses dedans

Как  великолепно  отображаются  и рифмуются  две  этих строки на  нашем
волшебном земблянском (на "языке зеркал", как назвал его великий Конмаль)!

Id wodo bin, war id lev lan
Indran iz lil ut roz nitran.

Строка 679: Лолита
Большие  ураганы  получают в  Америке  женские имена.  Привязанность  к
женскому роду внушается не только половой принадлежностью фурий и  ведьм, но
и  общей склонностью к нему  всякого рода  профессионалов.  По  этой причине
каждый автомобиль  -- "она" для любящего обладателя, пламя (даже "бледное"!)
-- "она" для пожарника,  а кран -- "она" для водопроводчика. Почему наш поэт
избрал для своего  урагана 1958-го  года редко  используемое  испанское  имя
(иногда даваемое попугаям) вместо Лоис или Линды, -- не ясно.

Строки 680-681: шпионил неприкрыто угрюмый Росс
В  сущности  говоря, в этой угрюмости  ничего  нет метафизического  или
расового.  Она -- всего  лишь  внешний  признак  застойного  национализма  и
свойственного провинциалам чувства  неполноценности  -- этой  ужасной смеси,
ставшей столь характерной для земблян под ферулой экстремистов и для русских
при  советском  режиме.  В  современной  России   идеи  --  суть  нарезанные
механическим  способом  одноцветные  чушки, --  оттенки  запрещены  законом,
просветы замурованы, а вместо изгиба -- ступенчатый излом.
Впрочем,  не все русские  угрюмы,  --  два  молодых  московских  спеца,
которых  новое наше правительство  подрядило  искать  сокровища  земблянской
короны, оказались редкостными весельчаками. Экстремисты справедливо считали,
что  барон Бланд, хранитель  казны,  прежде  чем выпрыгнуть или  выпасть  из
Северной Башни, успел припрятать  сокровища, они только не знали, что у него