вопрос.
Мы  пришли  в  объемистую  квартиру  Кэрол,  которую  она  разделяла  с
подругой. Ее руммэйт спала где-то в глубине. Мы устроились в гостиной, Кэрол
сделала какие-то бутерброды, и мы пили купленное пиво и разговаривали. Позже
пришел  оратор  Питер.  Нам  задавали  много  вопросов,  мы  задавали  много
вопросов, вечер затянулся до третьего часа ночи. У меня в то время, как и на
каждого человека, были на Кэрол какие-то сексуальные надежды. Несмотря на ее
пол,  она была мне почему-то приятна. Приблизительно: я хотел  с  ней делать
любовь --  но  люди приходили и уходили, все соседи перебывали у Кэрол,  и я
даже не  мог с  ней поговорить. Только что она  на  корточках  сидела  возле
дивана,  на котором  помещался я,  и  иногда мне  непонятное  переводила, не
позволяя мне уступить ей место на диване -- вот и вся близость.
Наконец,  все  ушли  и  последними  уходили мы  с  Александром.  Почему
последними?  Она не  позволяла нам  уйти со всеми,  не уходите все сразу, --
сказала  она.  В обществе,  с  людьми,  она была веселая и, как видно, очень
остроумная, так как все смеялись время от времени ее словам, -- к сожалению,
я почти не понимал ее шуток. Она ползала по полу, было мало стульев,  ребята
и девушки предпочитали сидеть на полу, Кэрол тоже предпочитала.
Она  пошла  проводить нас до собвея. На улице  оказалось очень холодно,
внезапно очень похолодало. Мы  дошли  до  входа  в собвей,  она стала с нами
прощаться, но я сказал ей: -- Кэрол, извини,  мне  нужно  сказать  тебе пару
слов наедине. -- Извини, Александр, -- сказал я Александру. -- Одна минута.
-- Ничего страшного, -- сказал Александр.
Мы отошли. Я, взяв ее за руки, сказал ей: --  Хочешь, Кэрол, я останусь
с тобой?
Она  обняла  меня и сказала: --  Ты такой хороший, но  может быть, твой
друг хочет с тобой поговорить?
Я не совсем понял ее, мы стояли на холоде, я почти дрожал от холода, мы
целовались, и обнявшись стояли. Она была  совсем тоненькая, всего-ничего,  а
ведь у нее дочери было 13 лет. Дочь жила с родителями в Иллинойсе.
-- Ты очень  хороший,  --  говорила  негромко  Кэрол,  --  я  завтра  в
воскресенье буду в  Манхэттане, мне  нужно зайти в оффис, я забыла  там свою
новую шляпу, я ее вчера купила. Я уезжаю на  три дня в Иллинойс к родителям,
и я хотела показать им свою шляпу. Я позвоню тебе завтра и мы увидимся.
Я  очень  замерз  и устал, и я  не  настаивал.  Может быть, было  нужно