возмущением  пишет  о  том,   что  после   Февральской  революции  Временное
правительство  опять загоняло  рабочих на предприятия,  требовало продолжить
нормальную работу на заводах и  фабриках. Рабочие негодовали: "Революцию  мы
сделали, а нас опять на заводы загоняют!".
"Проститутка Троцкий!" -- думал  я,  а что  вы заставили делать рабочих
после вашей  Октябрьской революции -- то же самое, потребовали, чтоб рабочие
вернулись  к  работе.  Для  вас -- провинциальных журналистов, недоучившихся
студентов,  выскочивших благодаря революции в  главари огромного государства
-- революция действительно произошла, а что ж для рабочих? Для рабочих ее не
было.  При  всяком режиме рабочий вынужден работать.  Вы ничего не могли  им
предложить другого. Класс, который сделал  революцию, сделал ее не для себя,
а для вас. И до сих пор никто не предложил ничего иного, никто не знает, как
отменить само  понятие "работа",  покуситься  на  основу,  вот  тогда  будет
настоящая революция, когда  понятие "работа"  -- имеется в виду  работа  для
денег, чтобы жить, -- исчезнет.
По странному совпадению партийные товарищи принесут мне эту книгу прямо
на демонстрацию против "Нью Йорк Таймз", которую некоторые из  них наблюдали
в течение продолжительного времени, даже помогая нам раздавать листовки .
Тогда, после митинга, Кэрол позвала нас к себе, она живет в Бруклине, в
этом же доме живут еще человек шесть-восемь членов ее партии  -- дом как  бы
партийная ячейка. Ехали мы в собвее, потом  шли пешком. Александр, отстав от
всей компании, подозрительный  и помешанный на фрейдизме Александр,  говорил
мне  шепотом:  "Слушай, почему  они  все  такие  ущербные,  ты  не находишь?
Погляди, какие девицы, -- что-то в них не то. Кэрол-то сама нормальная, но и
то, мне кажется, у нее не в порядке с сексом".
--  Слушайте,  Аля,   что  вы   хотите,  --  сказал  я  ему  тогда,  --
революционеры по  моим наблюдениям всегда были такие. Можно найти ущербность
и в Ленине и в ком угодно,  разве для нас с вами это важно? Нам нужна клика,
сообщники, вы же знаете, что  в этом мире нужно принадлежать к  какой-нибудь
клике. Кто вас еще берет, кому вы еще интересны, а они вас и меня берут,  мы
им нужны,  они нас  пригласили. У меня  и у  вас единственный  выход: к ним.
Мы-то с вами не ущербные? Согласитесь, что в какой-то степени да.
Я  был прав, не  обязательно к  "Рабочей Партии", но по  всем  причинам
выходило, что попадали мы  к недовольным мира сего, довольным мы были на хуй
не  нужны.  А что не пошли бы мы к  ним --  к  довольным  -- это  уже другой