Прошел день, и к вечеру  Сантьяго,  ведя  в  поводу  коня,
пришел  к шатру Алхимика. Вскоре появился и тот, сел на коня, а
сокол занял свое место у него на левом плече.
-- Покажи мне жизнь пустыни, -- сказал он.  --  Лишь  тот,
кто найдет здесь жизнь, сможет разыскать сокровища.
Они пустились в путь по пескам, освещенным луной. "Вряд ли
мне удастся это, -- думал Сантьяго. -- Я совсем не знаю пустыни
и не смогу найти в ней жизнь".
Он хотел было обернуться к Алхимику и сказать ему об этом,
но побоялся. Подъехали к тем камням, возле которых юноша следил
за полетом ястребов.
-- Боюсь,  ничего  у  меня  не  выйдет,  -- решился все же
Сантьяго. -- Знаю, что в пустыне есть жизнь,  но  найти  ее  не
сумею.
-- Жизнь притягивает жизнь, -- отвечал на это Алхимик.
Юноша  понял  его,  отпустил  поводья, и конь его сам стал
выбирать себе дорогу по пескам и камню.  Алхимик  ехал  следом.
Так  прошло полчаса. Уже скрылись вдали финиковые рощи, исчезло
все, кроме валунов,  в  свете  гигантской  луны  отблескивавших
серебром. Наконец конь Сантьяго остановился -- юноша никогда не
бывал здесь прежде.
-- Здесь есть жизнь, -- сказал он Алхимику. -- Мне неведом
язык пустыни, зато мой конь знает язык жизни.
Они  спешились.  Алхимик  хранил  молчание.  Поглядывая на
камни, он медленно двигался вперед.  Потом  вдруг  остановился,
осторожно  нагнулся. В земле между камней чернело отверстие. Он
сунул туда палец,  а  потом  запустил  руку  по  плечо.  Что-то
зашевелилось там внутри, и Сантьяго увидел в глазах Алхимика --
только  глаза  ему  и  были  видны -- напряженное выражение: он
словно  боролся  с  кем-то.  Потом  резко,  так  что   Сантьяго
вздрогнул  от  неожиданности,  выдернул  руку  из  этой  норы и
вскочил на ноги. Он держал за хвост змею.
Сантьяго, тоже вскочив,  отпрянул  назад.  Змея  билась  в
пальцах Алхимика, разрывая своим шипением безмятежное безмолвие
пустыни. Это была кобра, чей укус убивает за считанные минуты.