палату  лишь  в четыре утра  и отказался  от  снотворного.  Значит,  следует
принять  меры.  Каким  бы  либеральным  ни  был  режим  Виллете,  необходимо
поддерживать  его  репутацию  заведения  достаточно  строгого во  всем,  что
касается требований традиционной медицины.
- У меня к вам важная просьба, - сказала девушка.
Как   бы  не  расслышав,  доктор   Игорь  взял  стетоскоп  и   принялся
прослушивать  ее легкие  и  сердце.  Затем  проверил рефлексы и  при  помощи
специального портативного фонарика  осмотрел дно  сетчатки. Поразительно, но
симптомы отравления Купоросом почти исчезли.
Сразу  взявшись за  телефон,  он  велел медсестре принести лекарство  с
каким-то сложным названием.
- Похоже, вчера вечером вам не сделали укол, - сказал он.
- Но чувствую я себя гораздо лучше.
-  Видели бы вы  свое лицо: круги под глазами, усталость, вялая мимика.
Если  хотите употребить с пользой  то недолгое время,  которое вам осталось,
будьте добры, выполняйте мои указания.
- Именно поэтому я  пришла сюда. Я  как раз и хочу употребить с пользой
это недолгое время, только по своему усмотрению. Сколько мне еще жить?
Доктор Игорь устремил на нее пристальный взгляд поверх очков.
- Вы можете мне ответить, - настаивала она. - У меня уже нет ни страха,
ни  безразличия,  ничего. У  меня  есть желание жить, но  я  знаю, что этого
недостаточно, поэтому я смирилась со своей судьбой.
- Так что же вам нужно?
Вошла  медсестра  со шприцем. Доктор Игорь кивнул в  сторону  Вероники.
Медсестра осторожно закатала ей рукав.
- Сколько мне еще осталось? - повторила  Вероника, пока с нею  возилась
медсестра.
-  Сутки.  Двадцать четыре часа.  Может, меньше.  Она опустила глаза  и
закусила губу. Но сохранила самообладание.
- Тогда я хочу попросить вот  о чем. Во-первых, дайте мне  какое-нибудь
лекарство,  сделайте  какой-нибудь  укол  - что угодно, но только чтобы я не
засыпала,  чтобы я  использовала каждую  оставшуюся мне  минуту. Меня сильно
клонит в сон, но я хочу не спать, мне нужно успеть  сделать многое - то, что
я всегда откладывала на потом, думая, что буду жить вечно, и к чему утратила
интерес, когда пришла к выводу, что жить не стоит.