- Разбей его, - настойчиво повторила я, а про себя подумала:
"Разбей его, соверши этот символический жест. Постарайся понять, что я
разбила в себе кое-что гораздо более важное и ценное, чем стакан, - и
счастлива. Всмотрись в свою душу, где идет борьба, - и разбей его".
Ибо наши родители научили нас бережно относиться к стаканам и к плоти.
Внушили нам, что детские страсти - невозможны, что мы не должны совлекать с
избранной стези человека, решившего стать духовным лицом, что людям не дано
творить чудеса, и что не следует пускаться в путь, если не знаешь, куда
приведет он.
Пожалуйста, разбей стакан - и ты снимешь с нас обоих это заклятие,
освободишь от настырного стремления все объяснить, от мании делать лишь то,
что будет одобрено другими.
- Разбей стакан, - снова произнесла я.
Он пристально взглянул мне в глаза. Потом медленно рука его скользнула
по столешнице, дотронулась до стакана - и резко смахнула его на пол.
Звон стекла привлек всеобщее внимание. Вместо того чтобы вскрикнуть,
выбранить себя за неловкость или сделать что-нибудь в том же роде, он молча,
с улыбкой смотрел на меня - и я улыбнулась в ответ.
- Ничего страшного! - крикнул нам юный гарсон.
Но он не слышал его. Приподнялся, за волосы притянул к себе мою голову
и прильнул губами к губам.
И я запустила пальцы ему в волосы, обхватила затылок, впилась губами в
его губы, ощущая, как движется у меня во рту его язык. Долго я ждала этого
поцелуя, родившегося возле рек нашего детства, когда мы еще не сознавали
смысла любви. Поцелуя, будто висевшего в воздухе в пору нашего взросления,
странствовавшего по свету вслед за воспоминанием о ладанке, прятавшегося за
стопками книг, которые имели благую цель подготовить меня к конкурсу.
Столько раз исчезал он, этот поцелуй, столько раз пропадал - и вот наконец
мы обрели его. В нем - хоть и длился он минуту - таились долгие годы
исканий, разочарований, несбыточных мечтаний.
Я ответила на поцелуй. Должно быть, немногочисленные посетители бара
смотрели на нас и думали, что ничего необычного не происходит - люди
целуются. Откуда им было знать, что в этот миг поцелуй стал итогом и суммой
всех прожитых мною дней, всей жизни его и любого человека, который ждет свой
путь под солнцем, ищет его и о нем мечтает.
