семинарию, однако же он уверен, что у Бога - женский лик.
Он неподвижен. Я же ощущаю себя заключенной в утробу Матери Земли,  где
нет   ни   времени,   ни   пространства.   История  Бернадетты   словно   бы
разворачивается у меня перед глазами, в окутывающем нас тумане.
И снова звучит его голос:
- Бернадетта не знала двух самых  важных вещей. Во-первых, до того, как
здесь установилось  христианство, эти горы были  населены кельтами, а  культ
Богини был главным в их  цивилизации. Многие  и многие поколения  осознавали
женский лик Бога, получали частицу Его любви, Его славы.
- А во-вторых?
- А во-вторых, незадолго до того, как произошло Явление, высшие иерархи
Ватикана  собрались на тайное  совещание. Никто из посторонних не знал,  что
они там  обсуждали, а уж сельский священник  из Лурда  -  и  подавно. Князья
церкви  решали,  следует  ли объявить догмат  Непорочного Зачатия. И в конце
концов решили, что следует, результатом чего стала папская булла Ineffabilis
Dei. Однако широким массам верующих не объяснили, что же это значит.
- К тебе-то какое это имеет отношение? - спрашиваю я.
- Я Ее ученик. Я учился у Нее, - говорит он.
- Ты что же - видел Ее?
- Видел.
Мы возвращаемся на площадь, проходим те  несколько метров, что отделяют
нас от церкви. В свете фонаря различаю колодец и на закраине его - бутылку и
два стакана. "Должно быть, там сидели влюбленные, - думаю я. - Сидели молча,
а  говорили  друг  с  другом  без слов -  только сердцами. Когда  же  сердца
высказали все, стали они сопричастны великих тайн".
Вот и снова никакого разговора о любви  у  нас  не вышло. Да это  и  не
важно. Я чувствую, что нахожусь в преддверии  чего-то  очень значительного и
что  должна  использовать  это,  чтобы  понять как можно  больше.  На минуту
вспоминаются  мне  мои занятия  в  университете,  Сарагоса,  спутник  жизни,
которого  я  все мечтала повстречать, но все  это кажется далеким, окутанным
туманной дымкой - такой же, что застилает сейчас городок Сент-Савен.
- К чему ты рассказал мне про Бернадетту?
- Сам  не  знаю, - отвечает он,  не  глядя мне в  глаза.  - Может быть,
потому,  что мы - недалеко от Лурда. Может быть, потому,  что завтра -  день
Непорочного  Зачатия. А может быть, потому, что хотел доказать тебе: мой мир