Посреди проспекта она остановилась и показала на небо.
- Вот она!
Меж голых ветвей сияла полная луна.
- Красиво, - заметила я.
Но девушка,  не слушая  меня, раскинула руки  крестом, повернула ладони
вверх, закинула голову к небу и замерла.
"Куда меня занесло, - подумала я. - Слушала лекцию, потом оказалась  на
Пасео-де-Кастельяна вместе с этой полоумной, а завтра еду в Бильбао".
- Зеркало Богини Земли, - заговорила девушка, не открывая глаз. - Научи
нас осознавать наше могущество, сделай так, чтобы мужчины нас понимали.
Ты,  рождающаяся,  блистающая,  умирающая  и  воскресающая  в  небесах,
указываешь нам путь от семени к Плоду.
Она простерла  руки к небесам и надолго  застыла в  этой позе. Прохожие
глядели на нее,  посмеивались,  но она не обращала на них никакого внимания,
зато я готова была сгореть со стыда, что оказалась рядом с ней.
-  Я должна была сделать это, - произнесла она, отдав все почести луне.
- Теперь Богиня защитит нас.
- О чем ты, скажи наконец толком!
- О том же, о чем говорил твой друг, но только истинными словами.
И я пожалела, что  не старалась понять смысл лекции и теперь не знаю, о
чем там шла речь.
-  Мы  знаем,  что у Бога  - женский лик,  - сказала  девушка, когда мы
двинулись  дальше. - Мы, женщины, которые понимают и любят Великую Мать. Нам
дорого  обошлось наше  знание  - нас преследовали  и жгли  на  кострах  -  и
все-таки мы сумели выжить. И теперь нам внятен смысл ее тайн.
Костры. Ведьмы.
Я вгляделась  в лицо моей спутницы: красивая, распущенные  рыжие волосы
спускаются до лопаток.
- Мужчины уходили на охоту, мы оставались в пещерах, во чреве Матери, и
растили детей,  - продолжала  она. -  И там Великая  Мать обучила  нас своей
науке.
Мужчина  живет  в  движении,  мы  пребывали во чреве Матери.  И  потому
поняли, как семя дает росток, и предупредили наших мужчин. Мы испекли первый
хлеб и накормили их. Мы слепили из глины первую чашу и напоили их. Мы поняли
цикл  творения, потому что  наша плоть  живет, повторяя  череду  лунных фаз.