глаза израильтянину:
- Ты.
Наместник   принялся   расхаживать   взад-вперед.   Он
заговорил быстро, и в его голосе слышалось волнение.
- Купцы тоже стремятся к миру,  но они ничего не могут
сделать.  И  потом,  они уже достаточно обогатились и могут
переселиться в другой город или подождать, пока завоеватели
начнут покупать их товары.  Остальной народ потерял разум и
требует,  чтобы  мы  шли  в  наступление на  гораздо  более
многочисленное войско врага.  Только чудо может переубедить
их. Илия насторожился.
- Чудо?
- Ты  воскресил мальчика,  которого уже успела забрать
смерть. Ты помог этому народу обрести свой путь, и, хотя ты
- чужеземец, тебя любят все.
- Так было до сегодняшнего утра,  -  сказал Илия. - Но
теперь все изменилось. Любого человека, который призывает к
миру, назовут предателем.
- Я не хочу,  чтобы ты призывал к миру.  Я хочу, чтобы
ты совершил великое чудо,  такое,  как воскрешение ребенка.
Тогда ты скажешь людям, что мир - это все, что им остается,
и  они  тебя  послушают.  А  жрец  полностью лишится  своей
власти.
Они помолчали. Наместник продолжил:
- Я хочу договориться с тобой.  Если ты сделаешь то, о
чем я  тебя прошу,  в Акбаре воцарится вера в Единого Бога.
Ты совершишь дело,  угодное Тому,  кому служишь,  а я смогу
договориться об условиях мира.

Придя в дом,  Илия поднялся в свою комнату.  Сейчас он
может сделать то,  что было недоступно ни  одному пророку -
обратить финикийский город в  израильскую веру.  Это был бы
самый жестокий удар для  Иезавели -  расплата за  все  зло,
которое она причинила его стране.
Предложение наместника взволновало его.  Он решил было