загорел до черноты, что у него длинные черные усы, а под ними – ряд
превосходных зубов, которые он обнажил в улыбке.
– У меня есть для вас лошадь, капитан.
– Спасибо, полковник. Вы очень любезны.
Между камней уныло слонялись оборванные личности, когда солнце осветило
расселины, оттуда принялись выползать другие оборванные личности, сонные –
по-прежнему кутаясь в одеяла, они бесцельно бродили туда-сюда. Хорнблауэр
глядел на союзников с неприязнью, переходящей в отвращение. Да, нечто похожее
он предвидел, но не сделался от этого снисходительнее, бессонная ночь тоже не
прибавляла симпатии к испанцам.
– Не будете ли вы так любезны, – сказал он, – послать к генералу Ровире
гонца и сообщить, что мы выступаем к Росасу? Я надеюсь к полудню быть там
хотя бы с частью пушек.
– Конечно, капитан.
– И я попрошу, чтобы ваши люди помогли тащить пушки и припасы.
Кларос отнесся к этому без восторга. Еще меньше порадовало его известие,
что четыреста его человек потащат пушки, а еще четыреста – понесут к Росасу
двадцатичетырехфунтовые ядра, по ядру каждый. Он попытался было возразить, но
Хорнблауэр довольно резко его оборвал.
– А затем, полковник, они вернутся за остальными. Мне пообещали
достаточное количество вьючных животных; раз вы не нашли четвероногих, мне
придется удовольствоваться двуногими. Теперь, с вашего позволения, тронемся.
Десять лошадей или мулов на каждую пушку. Сто человек у постромок. Сто
человек впереди готовят дорогу, убирают камни и засыпают ямы. Четыреста
человек несут ядра, некоторые при этом ведут в поводу нагруженных пороховыми
бочонками мулов. Кларос еще сильнее скривил лицо, узнав, что задействовать
придется каждого человека из его терции, в то время как двести своих
пехотинцев Хорнблауэр предполагает работой не загружать.
– Я намерен поступить именно так. Если вам не нравится, полковник, вы
можете поискать испанскую осадную артиллерию.
Хорнблауэр хотел на случай непредвиденных обстоятельств иметь под рукой
крупный дисциплинированный отряд, и решимость его была столь очевидна, что
Кларос не посмел более возражать.
Позади, там, где грузили мулов, раздались сердитые крики. Хорнблауэр
зашагал туда, Кларос за ним. Они увидели, что испанский офицер вытащил шпагу