стаканчику рому за дружбу народов.
Начало фразы было неудачное, это Хорнблауэр почувствовал сам – он не смог
перевести «вытащите ваш улов». Но он знал, что соблазн испробовать
британского рома окажется достаточно силен – и он немного гордился сочетанием
«1'amitie des nations». Как по-французски «ялик»? Chaloupe, наверное.
Хорнблауэр продолжил свои приглашения, и кто-то из рыбаков, прежде чем
вернуться к улову, согласно махнул рукой. Наконец, когда сеть втащили в
лодку, двое французов перелезли в ялик, подошедший к ним вплотную – он был
ненамного ниже рыбачьего суденышка. Ялик быстро подошел к «Отчаянному» на
веслах.
– Я приму капитана у себя в каюте, – сказал Хорнблауэр. – Мистер Буш,
проследите, чтоб второго рыбака провели на бак и позаботились о нем.
Проследите, чтоб ему дали выпить.
– Есть, сэр.
На спущенном за борт лине втащили два больших ведра рыбы, следом
взобрались оба рыбака в синих вязаных фуфайках.
– Очень рад вас видеть, капитан, – сказал Хорнблауэр, встречая их на
шкафуте. – Пожалуйста, пройдемте со мной.
Пока Хорнблауэр вел капитана по шканцам в свою каюту, тот с любопытством
озирался по сторонам. В каюте он осторожно сел на единственный стул,
Хорнблауэр примостился на койке. Синяя фуфайка и штаны капитана были
перепачканы рыбьей чешуей – каюта неделю будет вонять рыбой. Хьюит принес ром
и воду. Хорнблауэр налил два больших стакана, капитан с видом знатока
отхлебнул.
– Успешно ли идет лов? – осведомился Хорнблауэр. Он слушал, как капитан на
почти невразумительном бретонском диалекте жалуется на низкий доход,
приносимый ловлей сардин. Разговор продолжался. С прелестей мирного времени
легко было перейти на возможность войны – едва ли два моряка, встретившись,
могли обойти вниманием эту тему.
– Я полагаю, не просто набрать матросов на военные корабли.
Капитан пожал плечами.
– Конечно.
Жест сказал больше, чем слово.
– Вероятно, дело идет очень медленно, – сказал Хорнблауэр. Капитан кивнул.
– Но, конечно, корабли готовы к выходу в море? Хорнблауэр не знал, как