Хорнблауэра доносилось все то же душераздирающее «аа… а… а!».
– Вот и они! – сказал лейтенант морской пехоты. Французы, видя близкую
подмогу, осмелели и перешли в наступление. Быстро взглянув вниз, Хорнблауэр
увидел, что остальные уже на причале; суденышко для ловли омаров, полное
людьми, как раз отваливало.
– Прикажите своим людям бежать, – сказал Хорнблауэр. Как только пехотинцы
побежали, побежал он сам.
Это была отчаянная гонка по скользкому, крутому склону. Позади вопили
бегущие вдогонку французы. Но вот и отряд прикрытия – как Хорнблауэр заранее
приказал – тринадцать морских пехотинцев с «Отчаянного» под предводительством
сержанта. Они построили бруствер поперек причала – это тоже Хорнблауэр
приказал заранее, предвидя теперешнее поспешное отступление. Бруствер, наспех
сооруженный из валунов и наполненных камнями бочек, не доходил даже до груди.
Бегущие пехотинцы гурьбой перепрыгивали через него. Хорнблауэр, бежавший
последним, собрался и прыгнул, оступился на дальней стороне и чудом удержался
на ногах.
– Пехотинцы с «Отчаянного»! Построиться вдоль бруствера! Остальные, в
шлюпки!
Двенадцать пехотинцев встали у бруствера на колени, Двенадцать ружей легло
на бруствер. При виде их бегущие французы заколебались.
– Цельтесь ниже! – хрипло выкрикнул лейтенант.
– Идите грузите своих людей в шлюпку, мистер Как-вас-там, – резко сказал
Хорнблауэр. – Скажите, чтоб барказ был готов к тому времени, как вы отвалите
в яле.
Французы снова наступали. Хорнблауэр оглянулся и увидел, как последний
пехотинец, а за ним и лейтенант спрыгнули с причала.
– Ну, сержант. Давайте.
– Пли! – скомандовал сержант.
Залп был хорош, но сейчас некогда было им восхищаться.
– Идемте! – крикнул Хорнблауэр. – В барказ! Под тяжестью прыгнувших в него
морских пехотинцев барказ немного отошел в сторону, и Хорнблауэру надо было
перескочить около ярда черной воды. Ноги его коснулись планширя, и он полетел
вперед на тесно сгрудившихся людей. К счастью, он догадался бросить котарову
шпагу, и она, никого не поранив, упала на дно шлюпки. Багры и весла уперлись
в причал, Хорнблауэр тем временем пробирался на корму. Он чуть не наступил