управлении рыбачьим суденышком, Хорнблауэр чувствовал как текут на заднем
плане его сознания эти мысли – так обсуждая план, постоянно слышишь краем уха
корабельные шумы. Он думал, как команда «Отчаянного» будет обращаться с
Гримсом. Хьюит, оставляя судно, наверняка поделился этой историей с
приятелями.
Хорнблауэр, держа руку на румпеле, правил к северу, на Пти Мину. Дотуда
миля с четвертью, и, если он промахнется мимо крохотного причала, вся
экспедиция кончится позорным провалом. Ориентировался он по неясным
очертаниям крутых холмов на северном берегу Гуля; вглядываясь в них на
протяжении всех этих трех недель, он хорошо их запомнил. Главным ориентиром
был обрыв в четверти мили к западу от семафора, где в море впадала речушка.
Поначалу приходилось держать на этот обрыв, но через несколько секунд
Хорнблауэр уже различил громаду семафора, который смутно вырисовывался на
фоне темного неба. Дальше было просто. Весла скрипели в уключинах, то и дело
слышались всплески; темные волны, мерно вздымавшие и опускавшие лодку,
казались отлитыми из черного стекла. Не надо было подкрадываться тихо и
незаметно, напротив, рыбачье суденышко должно вести себя так, будто оно тут
на вполне законном основании.
У подножия обрыва была маленькая пристань, рассчитанная на половину
прилива. Ловцы омаров имели обыкновение высаживать здесь двух-трех человек с
лучшей частью улова. Поставив на головы корзины с дюжиной живых омаров, они
бежали по дороге через холмы в Брест, чтобы поспеть к открытию рынка, на
случай если прилив или ветер задержат лодку. Хорнблауэр, неоднократно
наблюдавший все это с безопасного расстояния из ялика, узнал столько
подробностей, сколько не смог бы выудить из бесед с рыбаками. Правда, что
именно говорилось на пристани, он слышать не мог.
Вот и причал. Хорнблауэр крепче сжал румпель. С дальнего конца пристани
послышался громкий голос часового:
– Qui va la?
Хорнблауэр толкнул Котара коленом. В этом не было необходимости – тот
готов был отвечать.
– «Камилла», – откликнулся он по-французски и продолжил: – Судно для ловли
омаров. Капитан Кийен.
Лодка подошла к причалу: наступил критический момент, от которого зависело
все. Блэк, дюжий баковый старшина, знал, что ему надлежит делать, как только