будет мертв. В какую-ту ужасную секунду Хорнблауэр подумал о легком исходе.
Надо только отпустить руки и упасть вниз, вниз, вниз, пока удар о палубу не
положит всему конец. Это будет куда легче, чем встретить, делая вид, будто не
замечаешь, жалость или презрение окружающих. То было искушение броситься
вниз; им сатана искушал Христа.
И тут Хорнблауэр снова сказал себе, что он – не трус. Он успокоился. Пот,
градом катившийся по лицу, холодил кожу. Он резко сложил подзорную трубу, и
щелчок отчетливо прозвучал в шуме ветра. Он не знал, что будет делать дальше.
Чтоб спуститься вниз, чтоб переставлять ноги с выбленки на выбленку, чтоб
удержаться, несмотря на слабость во всем теле, потребовалось значительное
физическое усилие, и оно действовало на Хорнблауэра благотворно. Он ступил на
палубу. Что ж, это тоже хорошее упражнение: сохранять совершенно невозмутимый
вид, вид пылинки, с которой даже смерч не может ничего поделать, хотя
Хорнблауэр чувствовал, что щеки его побледнели несмотря на сильный загар.
Привычка тоже иногда полезная вещь – стоило ему откинуть голову и выкрикнуть
приказ, как заработал внутренний механизм. Так иногда достаточно встряхнуть
вставшие часы, и они начинают тикать, и дальше уже идут сами.
– Мистер Маккулум! Отмените все приготовления, пожалуйста! Вахтенный
офицер! Свистать всех наверх! Поднимите барказ. Тендер пусть пока остается.
По команде «свистать всех наверх! »на палубу выбежал изумленный Джонс.
– Мистер Джонс! Пропустите трос через кормовой порт. Мне нужен шпринг на
якорном канате.
– Шпринг, сэр? Есть, сэр!
Джонс изумленно пробормотал первые два слова, но строгий взгляд капитана
заставил его выговорить и вторые два. Это, пусть в малой мере, вознаградило
Хорнблауэра за его собственные страдания. Люди, которые выходят в море, тем
паче, если они выходят в море на военном корабле, должны быть готовы в любой
момент выполнить самый невероятный приказ – даже если им ни с того ни с сего
приказывают положить шпринг на якорный канат – то есть пропустить в кормовой
порт и прикрепить к якорному канату трос. Тогда, выбирая трос шпилем, корабль
можно будет повернуть на месте, и пушки будут стрелять в желаемом
направлении. Так случилось, что это был едва ли не единственный маневр,
который Хорнблауэр не отрабатывал прежде с этой командой на учениях.
– Слишком медленно, мистер Джонс! Старшина судовой полиции, запишите имена
этих троих!