– Понятно, – сказал Хорнблауэр. – Спасибо, мистер Маккулум.
– Я уже привык, – заметил Маккулум, – восполнять пробелы в образовании
королевских офицеров.
– Тогда я надеюсь, – сказал Хорнблауэр, сдерживая гнев, – что вы займетесь
и моим образованием. Что нам предстоит делать дальше?
Маккулум поджал губы.
– Если б этот чертов немецкий лекарь выпустил меня из постели, я бы
занялся этим сам.
– Скоро он снимет швы, – сказал Хорнблауэр. – Сейчас же нам надо
торопиться.
Его бесило, что капитан вынужден терпеть такую наглость на своем же
собственном корабле. Он подумал, какие меры может принять официально. Он
может поссориться с Маккулумом, бросить всю затею, и написать Коллингвуду
рапорт: «по причине полного нежелания сотрудничать со стороны мистера Уильяма
Маккулума, служащего Достопочтенной Ост-Индской компании, экспедиция
закончилась безуспешно». Несомненно, у Маккулума будут неприятности. Но лучше
добиться успеха, пусть даже никто не узнает, каких это ему стоило моральных
страданий, чем вернуться с кучей оправданий и с пустыми руками. Если сейчас
он спрячет свою гордость в карман и убедит Маккулума дать четкие указания,
это будет не менее достойно похвалы, чем если бы он повел матросов на абордаж
вражеского судна – хотя в последнем случае вероятность заслужить абзац в
«Вестнике» была бы гораздо больше. Хорнблауэр принудил себя задать нужные
вопросы и выслушать, что Маккулум с большой неохотой отвечал.
Зато потом, за обедом, Хорнблауэру было с чем себя поздравить – он
выполнил свой долг, отдал необходимые приказы, все готово. К этому приятному
сознанию добавлялось воспоминание о том, что сказал Маккулум. Пока Хорнблауэр
ел, в памяти постоянно всплывали слова «серебряный водопад». Не требовалось
большого воображения, чтоб представить себе мерцание воды, остов, взорванную
кладовую, застывший водопад серебра. Грей написал бы об этом поэму. А где-то,
дальше в кладовой, еще и золото. Жизнь хороша, а он – удачливый человек. Он
медленно прожевал последний кусок жареной баранины и принялся за листики
салата – сочные, нежные, первые дары турецкой весны.

XVI
Турецкая весна никак не сдавала свои позиции. Не желая уступать лету, она