- То-то, что в хозяина квартиры. Он уж в суд грозился подать.
- Черт!
- Кухарку Шариков ихнюю обнял, а тот его гнать стал. Ну, повздорили.
- Ради  бога,  вы мне  всегда сообщайте сразу  о  таких  вещах! Сколько
нужно?
- Полтора.
Филипп Филиппович извлек три блестящих полтинника и вручил Федору.
- Еще  за такого  мерзавца  полтора  целковых платить,  -  послышался в
дверях глухой голос, - да он сам...
Филипп  Филиппович обернулся, закусил  губу  и молча нажал на Шарикова,
вытеснил  его  в  приемную  и запер  его  на ключ.  Шариков  изнутри  тотчас
загрохотал кулаками в дверь.
- Не сметь! - Явно больным голосом воскликнул Филипп Филиппович.
- Ну, уж это действительно, - многозначительно  заметил Федор, - такого
наглого я в жизнь свою не видал.


Борменталь как из-под земли вырос.
- Филипп Филиппович, прошу вас, не волнуйтесь.
Энергичный эскулап отпер дверь в приемную и оттуда донесся его голос:
- Вы что? В кабаке, что ли?
- Это так... - Добавил решительно Федор, - вот это так... Да по  уху бы
еще...
- Ну, что вы, Федор, - печально буркнул Филипп Филиппович.
- Помилуйте, вас жалко, Филипп Филиппович.



7.



-  Нет,  нет  и  нет! -  Настойчиво заговорил  Борменталь,  -  извольте
заложить.
- Ну, что, ей-богу, - забурчал недовольно Шариков.