портфеля измятый лист газеты "Известия".
- Я не читаю газет, - ответил Персиков и насупился.
- Но почему же, профессор? - нежно спросил Альфред.
-  Потому что они чепуху  какую-то пишут,  -  не  задумываясь,  ответил
Персиков.
- Но как же, профессор? - мягко шепнул Бронский и развернул лист.
- Что такое? - спросил Персиков и даже  поднялся с места.  Теперь искры
запрыгали в глазах у  Бронского. Он подчеркнул острым,  лакированным пальцем
невероятнейшей величины заголовок через всю страницу  газеты "Куриный мор  в
республике".
- Как? - спросил Персиков, сдвигая на лоб очки...



Глава 6. Москва в июне 1928 года



Она  светилась,  огни танцевали,  гасли  и  вспыхивали.  На театральной
площади вертелись  белые фонари автобусов, зеленые огни трамваев, над бывшим
Мюр  и  Мерилизом,  над   десятым  надстроенным  на  него   этажом,  прыгала
электрическая разноцветная женщина, выбрасывая по буквам разноцветные слова:
"Рабочий  кредит".   В  сквере  против  Большого   театра,   где  бил  ночью
разноцветный  фонтан,  толкалась  и  гудела  толпа.  А  над  Большим театром
гигантский рупор завывал:
-  Антикуриные  прививки  в  Лефортовском ветеринарном  институте  дала
блестящие  результаты.  Количество  куриных  смертей  за  сегодняшнее  число
уменьшилось вдвое.
Затем рупор менял тембр, что-то рычало в нем, над театром  вспыхивала и
угасала зеленая струя, и рупор жаловался басом:
-  Образована чрезвычайная комиссия по борьбе с куриной чумой в составе
наркомздрава,     наркомзема,    заведующего    животноводством     товарища
Птахи-Поросюка,   профессоров  Персикова   и   Португалова...   и   товарища
Рабиновича!.. Новые попытки интервенции!.. - хохотал  и  плакал  как  шакал,
рупор, - в связи с куриною чумой!