профессор,  отравленный сотой  папиросою,  полузакрыв  глаза,  откинулся  на
спинку винтового кресла.
-  Да, теперь все ясно.  Их оживил  луч.  Это новый,  не  исследованный
никем,  никем  не обнаруженный  луч. Первое,  что придется выяснить,  это  -
получается  ли он только от  электричества или также и от солнца, - бормотал
Персиков самому себе.
И в течение еще  одной ночи это  выяснилось.  В три микроскопа Персиков
поймал три луча, от солнца ничего не поймал и выразился так:
-  Надо  полагать,  что  в  спектре солнца его нет...  гм... ну,  одним
словом, надо полагать, что добыть его можно только от электрического  света.
- Он любовно поглядел на матовый шар вверху, вдохновенно подумал и пригласил
к себе в кабинет Иванова. Он все ему рассказал и показал амеб.
Приват-доцент  Иванов был  поражен, совершенно  раздавлен: как же такая
простая вещь,  как  эта тоненькая стрела,  не  была  замечена  раньше,  черт
возьми! Да  кем  угодно,  и  хотя  бы  им,  Ивановым,  и  действительно  это
чудовищно! Вы только посмотрите...
- Вы посмотрите, Владимир Ипатьевич! - говорил Иванов, в ужасе прилипая
глазом  к  окуляру. - Что  делается?! Они растут на моих глазах...  Гляньте,
гляньте...
- Я их наблюдаю уже третий день, - вдохновенно ответил Персиков.
Затем произошел между двумя учеными разговор, смысл которого сводился к
следующему: приват-доцент  Иванов берется соорудить при помощи линз и зеркал
камеру,  в которой можно  будет  получить этот луч  в увеличенном виде и вне
микроскопа.  Иванов  надеется, даже  совершенно уверен, что  это чрезвычайно
просто. Луч он получит, Владимир Ипатьевич может в этом  не сомневаться. Тут
произошла маленькая заминка.
-  Я, Петр  Степанович,  когда  опубликую  работу, напишу,  что  камеры
сооружены вами, - вставил Персиков, чувствуя, что заминочку надо разрешить.
- О, это не важно... Впрочем, конечно...
И заминочка тотчас разрешилась. С этого времени луч поглотил и Иванова.
В то время, как Персиков, худея и истощаясь, просиживал дни и половину ночей
за  микроскопом, Иванов  возился в  сверкающем от ламп  физическом кабинете,
комбинируя линзу и зеркала. Помогал ему механик.
Из  Германии, после запроса  через комиссариат  просвещения,  Персикову
прислали   три   посылки,   содержащие  в   себе  зеркала,   двояковыпуклые,