про дядю Федю чего-то расспрашивают!.. А его уж давно на свете нет! Я
требую, чтобы меня немедленно выпустили.
-- Ну что же, славно, славно! -- отозвался Стравинский, -- вот все и
выяснилось. Действительно, какой же смысл задерживать в лечебнице человека
здорового? Хорошо-с. Я вас немедленно же выпишу отсюда, если вы мне скажете,
что вы нормальны. Не докажете, а только скажете. Итак, вы нормальны?
Тут наступила полная тишина, и толстая женщина, утром ухаживавшая за
Иваном, благоговейно поглядела на профессора, а Иван еще раз подумал:
"Положительно умен".
Предложение профессора ему очень понравилось, однако прежде чем
ответить, он очень и очень подумал, морща лоб, и, наконец, сказал твердо:
-- Я -- нормален.
-- Ну вот и славно, -- облегченно воскликнул Стравинский, -- а если
так, то давайте рассуждать логически. Возьмем ваш вчерашний день, -- тут он
повернулся, и ему немедленно подали иванов лист. -- В поисках неизвестного
человека, который отрекомендовался вам как знакомый Понтия Пилата, вы вчера
произвели следующие действия, -- тут Стравинский стал загибать длинные
пальцы, поглядывая то в лист, то на Ивана, -- повесили на грудь иконку.
Было?
-- Было, -- хмуро согласился Иван.
-- Сорвались с забора, повредили лицо? Так? Явились в ресторан с
зажженной свечой в руке, в одном белье и в ресторане побили кого-то.
Привезли вас сюда связанным. Попав сюда, вы звонили в милицию и просили
прислать пулеметы. Затем сделали попытку выброситься из окна. Так?
Спрашивается: возможно ли, действуя таким образом, кого-либо поймать или
арестовать? И если вы человек нормальный, то вы сами ответите: никоим
образом. Вы желаете уйти отсюда? Извольте-с. Но позвольте вас спросить, куда
вы направитесь отсюда?
-- Конечно, в милицию, -- ответил Иван уже не так твердо и немного
теряясь под взглядом профессора.
-- Непосредственно отсюда?
-- Угу.
-- А на квартиру к себе не заедете? -- быстро спросил Стравинский.
-- Да некогда тут заезжать! Пока я по квартирам буду разъезжать, он
улизнет!
