-- Потому что я не хочу, чтобы ты здравствовал, -- ответил дерзко
вошедший.
-- Но тебе придется примириться с этим, -- возразил Воланд, и усмешка
искривила его рот, -- не успел ты появиться на крыше, как уже сразу отвесил
нелепость, и я тебе скажу, в чем она, -- в твоих интонациях. Ты произнес
свои слова так, как будто ты не признаешь теней, а также и зла. Не будешь ли
ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твое добро, если бы не
существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени? Ведь
тени получаются от предметов и людей. Вот тень от моей шпаги. Но бывают тени
от деревьев и от живых существ. Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар,
снеся с него прочь все деревья и все живое из-за твоей фантазии наслаждаться
голым светом? Ты глуп.
-- Я не буду с тобой спорить, старый софист, -- ответил Левий Матвей.
-- Ты и не можешь со мной спорить, по той причине, о которой я уже
упомянул, -- ты глуп, -- ответил Воланд и спросил: -- Ну, говори кратко, не
утомляя меня, зачем появился?
-- Он прислал меня.
-- Что же он велел передать тебе, раб?
-- Я не раб, -- все более озлобляясь, ответил Левий Матвей, -- я его
ученик.
-- Мы говорим с тобой на разных языках, как всегда, -- отозвался
Воланд, -- но вещи, о которых мы говорим, от этого не меняются. Итак...
-- Он прочитал сочинение мастера, -- заговорил Левий Матвей, -- и
просит тебя, чтобы ты взял с собою мастера и наградил его покоем. Неужели
это трудно тебе сделать, дух зла?
-- Мне ничего не трудно сделать, -- ответил Воланд, -- и тебе это
хорошо известно. -- Он помолчал и добавил: -- А что же вы не берете его к
себе, в свет?
-- Он не заслужил света, он заслужил покой, -- печальным голосом
проговорил Левий.
-- Передай, что будет сделано, -- ответил Воланд и прибавил, причем
глаз его вспыхнул: -- И покинь меня немедленно.
-- Он просит, чтобы ту, которая любила и страдала из-за него, вы взяли
бы тоже, -- в первый раз моляще обратился Левий к Воланду.
-- Без тебя бы мы никак не догадались об этом. Уходи.
