королева, что тут произошла маленькая путаница. Каждое ведомство должно
заниматься своими делами. Не спорю, наши возможности довольно велики, они
гораздо больше, чем полагают некоторые, не очень зоркие люди...
-- Да, уж гораздо больше, -- не утерпел и вставил кот, видимо
гордящийся этими возможностями.
-- Молчи, черт тебя возьми! -- сказал ему Воланд и продолжал, обращаясь
к Маргарите: -- Но просто, какой смысл в том, чтобы сделать то, что
полагается делать другому, как я выразился, ведомству? Итак, я этого делать
не буду, а вы сделайте сами.
-- А разве по-моему исполнится?
Азазелло иронически скосил кривой глаз на Маргариту и незаметно
покрутил рыжей головой и фыркнул.
-- Да делайте же, вот мучение, -- пробормотал Воланд и, повернув
глобус, стал всматриваться в какую-то деталь на нем, по-видимому, занимаясь
и другим делом во время разговора с Маргаритой.
-- Ну, Фрида, -- подсказал Коровьев.
-- Фрида! -- пронзительно крикнула Маргарита.
Дверь распахнулась, и растрепанная, нагая, но уже без всяких признаков
хмеля женщина с исступленными глазами вбежала в комнату и простерла руки к
Маргарите, а та сказала величественно:
-- Тебя прощают. Не будут больше подавать платок.
Послышался вопль Фриды, она упала на пол ничком и простерлась крестом
перед Маргаритой. Воланд махнул рукой, и Фрида пропала из глаз.
-- Благодарю вас, прощайте, -- сказала Маргарита и поднялась.
-- Ну что ж, Бегемот, -- заговорил Воланд, -- не будем наживать на
поступке непрактичного человека в праздничную ночь, -- он повернулся к
Маргарите, -- итак, это не в счет, я ведь ничего не делал. Что вы хотите для
себя?
Наступило молчание, и прервал его Коровьев, который зашептал в ухо
Маргарите:
-- Алмазная донна, на сей раз советую вам быть поблагоразумнее! А то
ведь фортуна может и ускользнуть!
-- Я хочу, чтобы мне сейчас же, сию секунду, вернули моего любовника,
мастера, -- сказала Маргарита, и лицо ее исказилось судорогой.
Тут в комнату ворвался ветер, так что пламя свечей в канделябрах легло,
