огненный шар, готовый закатиться. С железнодорожных путей исчезают солнечные
отблески и  тени,  смыкаясь вместе, одевают  землю в  темный  защитный плащ.
Вокруг меня все еще день, но от земли вверх постепенно просачивается ночь, а
на моем биплане нет бортовых огней. Едва только поднялись в  воздух -- время
садиться.
Проходит пять минут, и внизу справа появляется поле. Пастбище. В  длину
оно  тянется  на четверть  мили, а по бокам его окружает один ряд  деревьев,
чтобы заход на посадку был небезынтересной задачей. Мы с бипланом делаем над
полем три круга, внимательно высматривая  выбоины, норы, пни и  малозаметные
канавы. И  пока  мы  кружим и  всматриваемся  в  эти  четверть  мили  земной
поверхности,  они  из  неизвестного  старого  пастбища  превращаются  в
пастбище, мое поле, мой  дом на эту ночь, мой  аэродром. Еще несколько минут
назад эта земля была ничем, а теперь она --мой  дом. Я знаю,  что мне  лучше
приземляться  левее, заходя вдоль проселочной дороги, чтобы не напороться на
кучу сосновых бревен у опушки леса.
На  кратчайшее мгновение  во  мне  прорывается испуганный голос. Какого
черта  я здесь,  что я здесь делаю, сидя на закате  в старом  диком биплане,
кружась над пастбищем и  собираясь сесть, имея неплохой шанс не разглядеть в
темной траве  поваленное дерево и добавить  к сосновой куче еще двадцать три
сотни  фунтов  обломков?  Еще один заход, внимательный осмотр. Поле выглядит
коротким  и к  тому же мокрым.  Но я вынужден сесть, короткое  оно или  нет,
мокрое или нет, превращусь я в кучу обломков или нет.
На скорости восемнадцать миль в час мы, снижаясь, со свистом проносимся
над  рядом  деревьев.  Небольшое скольжение на крыло  -- и мы теряем остаток
высоты, рядом проносится темная трава, куча огромных бревен, казавшихся  еще
минуту назад соломинками, и в последнее мгновение  мир  впереди нас исчезает
из  виду за длинным широким носом моего нового  самолета. Что будет... то...
будет. Колеса... со всего маху УДАРЯЮТСЯ о землю. И  в мгновение ока самолет
поглощают  мощные гейзеры грязи,  летящие  из-под колес. Мне остается только
уцепиться  изо всех сил за рычаги и стараться удержать  его на  прямой... мы
так никогда не  остановимся...  мы уже должны были остановиться, а мы только
едва  начали  сбавлять  скорость...  грязь  с ревом  летит из-под  колес,  я
чувствую, как она оставляет на  моем лице мокрые следы,  она налипает мне на
очки, и я  все  хуже и  хуже  вижу  окружающий мир...  мы  должны  были  уже
остановиться...  БАМ!..  что там с  хвостом,  что-то  угодило  в  хвост и...