потом показал, как он запрягает свою четверку  в  плуг.  И  тогда  все  пять
упряжек выстроились  в  ряд.  В  общем-то,  со  стороны  смотреть,  здорово,
внушительно получалось! Как тачанки, только  вместо  тачанок  плуги.  Лошади
сильные, сбруи подогнанные, плуги блестят  от  смазки.  Плугари  подтянутые,
каждый возле  своей  упряжи.  Председатель  Тыналиев  ходил  перед  десантом
суровый, как командующий армией. К каждому подходил:
- Доложи свою готовность!
- Докладываю. Имею в наличии четыре подкованных коня, четыре  исправных
хомута,  четыре  шлеи,  восемь  постромок,  одно  седло,  один  кнут,   один
двухлемешный плуг с тремя парами запасных лемехов.
Прямо как в армии! Только  бригадир  Чекиш  хмурился.  Ну  конечно,  он
старик, где ему понять!
Смотр прошел хорошо. Но по двум пунктам все же  завалились  десантники.
Председатель Тыналиев подозвал всех к упряжи Эргеша.
- Ну-ка обнаружьте неполадку в сбруе, - предложил он.
Все пересмотрели, все перещупали, но ничего  такого  найти  не  сумели.
Тогда председатель Тыналиев сам показал:
- А это что? Вы разве не видите, что  ремень  у  гнедого  коренника  на
боку перекручен. Вот,  смотрите!  А  в  работе  перекрученный  ремень  будет
натирать бок коню. Лошадь сказать об этом  не  может.  Будет  тянуть,  а  на
другой день бок  вспухнет,  коня  уже  не  запряжешь.  А  где  я  вам  найду
запасного коня?  Их  у  меня  нет!  Значит,  плуг  будет  простаивать  из-за
халатного отношения к сбруе!  Ну-ка  подумайте,  имеем  мы  право  допустить
такое? Ради чего мы готовились всю зиму?..
Стыдно было всем. Такой пустяк, казалось бы, и надо же!
- Султанмурат, - наставлял председатель Тыналиев,  -  ты  как  командир
десанта обязан каждый раз перед началом работы  проверять,  кто  как  запряг
лошадей. Ясно?
- Ясно, товарищ председатель!
Второй пункт, по которому погорел  десант,  оказался  более  серьезным.
Причем погорел сам командир. Председатель Тыналиев спросил их:
- Ответьте мне, где будете оставлять сбрую на ночь после работы?
Думали, гадали, отвечали по-разному. Решили, что в поле, возле плугов.
- А ты как думаешь, командир?
- Я тоже так думаю. На полосе, где  распряжем,  там  и  оставим  сбрую,