идеологической сомнительности того или  иного лица незамедлительно следовала
расправа  с  ним  и близкими  ему, люди уже  не допускали роковых ошибок, не
говорили и  не  писали ничего  такого,  что  можно  было  бы истолковать как
проявление  национализма.  Напротив,  многие  стали  чересчур  осторожны   и
осмотрительны,  настолько,  что  громогласно  отрицали  любые   национальные
ценности, вплоть до отказа от родного языка. Попробуй схвати такого, если на
каждом шагу он заявляет, что говорит и думает непременно на языке Ленина...
И именно  в этот оскудевший событиями период,  трудный для  наращивания
борьбы  по  выявлению новых скрытых  врагов,  майору  Тансыкбаеву,  пусть  и
случайно,  но все же  повезло.  Донос  на  Абуталипа Куттыбаева  с  разъезда
Боранлы-Буранный попал ему в руки как довольно второстепенный по  значимости
материал,  скорее  для ознакомления,  нежели  для  серьезного расследования.
Однако Тансыкбаев  не  упустил  своего. Чутье  не подвело его. Тансыкбаев не
поленился, съездил на место  разобраться и теперь все  больше убеждался, что
это скромное, на  первый взгляд, дело  при соответствующей  обработке  может
обрести достаточную весомость. И, стало быть, если все образуется как  надо,
то  поощрения  свыше наверняка не  обойдут  и  его.  Разве  не свидетель  он
подобного торжества в данный момент за данным столом, разве не знает он, как
устраиваются подобные вещи? Разве худо ему среди этих хорошо знакомых людей,
верой  и  правдой  преданных Богу-Власти и поэтому блаженствующих  сегодня с
хрусталем на столе  и на потолке? Но путь к Богу-Власти только один -  через
черное, неустанное служение ему в выявлении и разоблачении замаскировавшихся
врагов.
А среди врагов следует особенно бдительно следить за теми, кто  побывал
в плену.  Они преступники  уже потому, что не пустили себе  пулю в  лоб, ибо
обязаны  были  не  сдаваться,  а умереть  и этим  доказать  свою  абсолютную
преданность Богу-Власти, который  требовал неукоснительного - умереть, но не
сдаваться  в плен. А кто сдался, тот - преступник. И неизбежная кара за  это
должна  служить  предупреждением всем,  на все  времена  - на все поколения.
Такова  установка самого Вождя -  Бога-Власти. Куттыбаев  же,  взятый им  на
расследование,   как  раз   из   числа  бывших  военнопленных,  причем,  что
чрезвычайно важно,  в его деле есть очень нужная  зацепка, очень  актуальная
деталь, -  если удастся выбить  у Куттыбаева признание  на  этот счет, пусть
даже небольшой факт, то и  это может пригодиться в большом деле, как гвоздок
на  своем  месте,  -  послужить  для  разоблачения  изначально предательских